Первая платформа социального краудфандинга Русини

Эта информация пылится в архиве — вдруг устарела.

10 апреля 2010 г. в России была запущена первая платформа социального краудфандинга «Русини». Проект позволит собирать микропожертвования (от 100 рублей) социальным предприятиям и некоммерческим организациям, расширяя их возможности коммуникации с донорами.

Сам проект Русини (не как платформа) существует с лета 2010 года и за прошедшее время было поддержано более 25 инициатив.

Социальный краудфандинг – это метод группового финансирования социальных инициатив (благотворительных проектов, социальных предприятий, проектов некоммерческих организаций), когда основными донорами становится большое число лиц, делающих, частные пожертвования.

* О том, что такое краудфандинг и как работает система микропожертвований можно прочитать в статье о проекте «Тугеза», которая также привлекает частных доноров для реализации социальных проектов.

Особенности Русини

Принципиальное отличие состоит в том, что Русини это открытый портал и информацию о своем проекте/ инициативе может загрузить каждый желающий.

Некоммерческие организации, социальные предприниматели которые впервые подают заявку на финансирование своего проекта могут установить максимальную сумму 5000 рублей, а затем, отчитавшись за нее, повысить до 10000, 15000 рублей и более. Такая система обеспечивает прозрачность и повышает привлекательность платформы для пользователей, которые хотят быть уверены в том, что их социальные инвестиции будут использованы по назначению.

Организаторы проекта стараются не использовать термин «пожертвования», а применяют «инвестиции». По окончанию проекта социальные инвесторы получают дивиденды в том виде, как это придумали руководители проекта. Они могут быть как символические (открытка, благодарственное письмо), так и вполне осязаемые: приглашение на концерт, продукты, произведенные компанией/ организацией в рамках профинансированного проекта.

Направления проектов

Все инициативы разбиваются на 7 блоков:

  • Дети
  • Пожилые люди
  • Животные
  • Окружающая среда
  • Культура и искусство
  • Социальный бизнес

Очевидно, что инициативы в этих секторах требуют не только финансовых инвестиций, но и высокоэффективных сотрудников, поэтому Русини предусматривает возможность привлечения специалистов, которые готовы будут участвовать pro bono (как волонтеры в своей профессиональной отрасли).

Каждый проект имеет «срок жизни» на сайте время, в течение которого можно привлекать инвестиции. В случае, если сумма не была собрана, Русини попытается оказать поддержку и привлечет собственные контакты. Однако, рассчитывать на 100% гарантии не стоит это хоть и социальное, но все же предпринимательство.

Автор и управляющий директор краудфандинговой платформы Русини Влада Тараскина – о том, чему можно поучиться за границей, как создавался проект и какие еще идеи остались нереализованными. 

С Владой разговаривала редактор ТеСТ Дарья Алексеева.

Д.А.: Я давно знаю про Русини как про проект, связанный с социальными инициативами, социальным предпринимательством, но краудфандинговой платформой он стал совсем недавно. Как появилась эта идея? 

В.Т.: Идея родилась 1,5 года назад и первоначально заключалась в создании приложения для социальных сетей, через которое можно каким-то образом собирать пожертвования. Хотелось сделать это в виде игры – я как раз работала в IT-компании, которая разрабатывала приложения для социальных сетей, типа «Веселого фермера». И решила, что нужно что-то подобное сделать для благотворительных целей. Я посчитала, посмотрела на аналоги и поняла, что это очень дорого обходится – стартовых инвестиций не было. Поэтому для начала я решила сделать просто сайт.

Д.А.: По-моему, он больше был похож на информационный портал?

В.Т.: Да, так и было. Но я продолжала искать программиста, нашла его полгода назад. Только недавно он закончил работу, так что сейчас платформой Rusini можно пользоваться для привлечения средств под социальные проекты.

Д.А.: Чему ты учишься в Европе? И как так получилось, что ты решила этим заниматься? 

В.Т. Я уехала сразу после школы учиться в Англию, мне было 16 лет. Там я училась по специализации менеджмент и экономика, а затем в Австрии – в магистратуре дипломатической академии. В IT я работала по направлению маркетинга, развития новых рынков – открывали новые офисы в США, Китае и в Европе. А еще работала в венчурном фонде в Австрии. Получается, background, в основном, финансовый. Что касается некоммерческого сектора – я увидела, как это все работает в Европе, и подумала : «Почему оно у нас не работает? Это должно быть и у нас!» Плюс чувство ответственности – я чему-то научилась и захотелось этим поделиться, чтобы что-то улучшить дома.

Д.А.: Когда ты придумывала Русини, были какие-то западные аналоги, на которые ты ориентировалась?

В.Т.: Образцов очень много – у нас получился такой сборный экземпляр, адаптированный к российскому рынку. Первая, которая попалась на глаза, была Causes, у них есть приложение для Facebook – это увеличивает сборы денег. Есть очень много краудфандинговых проектов (indiegogo, kickstarter) – они не благотворительные, но работают по тем же принципам. Вообще, много успешных примеров.

Про «Русини»

Д.А.: Какие логистические проблемы приходится решать в российских условиях? Как я понимаю, есть сложности с тем, что в России нет paypal и виртуальные деньги не так широко распространены?

В.Т.; Да, логистических проблем много и это была одна из самых больших задач. Мы нашли людей, которые помогли сделать единую систему платежей, так что теперь все возможные системы интегрированы в одну и это упрощает все для пользователей.

Д.А.: Я спрашиваю, потому что меня беспокоит не столько отсутствие таких [краудфандинговых] платформ, сколько то, что они полупустые: часто там много проектов и только 5% из них профинансированы. Как с этим работать? Вдруг проекты не получат финансирования, у них исчезает стимул что-то публиковать?

В.Т.: Во-первых, нужна массовость, а во-вторых, я решила, что если какой-то суммы будет не хватать, я буду связывать эти проекты с бизнесом и привлекать средства, которых не хватает. Например, если проект остался непрофинансированным на 40%, то я буду искать эти 40% – ведь 60% уже собраны, значит кто-то в него уже поверил!

Д.А.: Это как раз то, чего пока еще нет – обычно такие платформы закрывают проекты, на которые не собрались деньги, работают по принципу «все или ничего». А у Русини, авторы идей, получается, могут рассчитывать на поддержку со стороны бизнеса.

В.Т.: К сожалению, по-другому не будет работать, пока у нас нет культуры частных пожертвований. Но она будет развиваться! Поскольку я нахожусь в Европе, я уже начала диалог с западными компаниями, работающими в России. И им интересно: нужны прозрачные проекты, которым можно доверять. Я хочу связать компании, работающие в Вене с российскими социальными проектами.

Д.А.: А как проверяется достоверность информации? Насколько я понимаю, никаких барьеров для регистрации на портале не существует?

В.Т. Во-первых, мы проверяем наличие этой организации. Второй момент – это ограничения по привлекаемым средствам. Первый раз можно подать заявку на 5000 рублей и только после того, как организация доказывает, что деньги были расходованы на то, на что они заявляли, открывается техническая возможность просить 10 000 рублей и так далее. Таким образом отбираются проекты: если они не могут ничего доказать, то они блокируются.

Д.А.: А что с содержательной частью? Что, если проект честный, но идея сомнительная? Сейчас ходит байка про «курсы пикапа для выпускников детских домов», и с точки зрения специалистов, это полный бред. Можно ли опубликовать у вас подобный проект и попробовать собрать на него деньги или он не будет допущены? 

В.Т.: Открытость, честность, прозрачность – да, это те принципы, на которых все основано. Но в остальном я приветствую креативные подходы и если кому-то нравится эта идея и кто-то в это поверит и поддержит, то я не могу сказать: «Ребят, нет! Так не пойдет! Это нехорошо!»

Д.А.: Знаешь, мне кажется, это очень правильный подход – один человек не может разбираться во всем, тут должны быть какие-то разные функции. Особенно, учитывая то, что один человек в принципе не может разбирать во всех социальных вопросах.

Еще один вопрос про барьеры. Допустим, есть проект в Псковской области, фольклорный ансамбль. Чтобы ему выехать на гастроли, нужно 150 000 рублей, но как новый участник на платформе он может собирать до 5000 рублей. Он должен собирать на что-то конкретное в рамках 5 000 рублей или он может начать с 5000, поставить глобальную цель и добирать эту сумму постепенно?

 В.Т.: Нет, это должно быть что-то конкретное за 5000 рублей. Но я думаю, будет интересно, если эти вещи будут разделяться: сколько денег нужно всего и что из этого стоит 5000 рублей. Какие-то материалы, например.

Д.А.: В таком случае, этот ансамбль может начать со сбора 5000 на закупку ткани для костюмов, а потом по ходу реализации на что-то другое?

В.Т.: Да, это так и работает.

Д.А.: Еще мне очень понравилась история про материальное вознаграждение инвесторов.

В.Т.: Да, мы решили, что помощь должна иметь какое-то символическое вознаграждение. Каждый, кто инвестировал какие-то средства в зависимости от суммы, но придумать, что это будет за вознаграждение, должны сами организации. Если это социальный бизнес, это намного проще – это могут быть продукты, какие-то поделки, а в НКО это могут быть какие-то открытки от детей.

 Д.А.: Есть идеи каких-то фитчей, которых сейчас нет?

 В.Т. Сейчас мы работаем над инвестициями времени – так, чтобы можно было отдавать не только свои средства, но и свободное время. Будет существовать календарь, который заполняют разные некоммерческие органиации – ты сможешь выбирать удобные часы и координировать с ними свою работу.

Д.А.: Вы пойдете по пути формирования собственного сообщества, собственной социальной сети или будете работать с широкой безымянной аудиторией?

В.Т.: Будем создавать свое сообщество. Все будет интегрировано в социальные сети, но все равно нужно будет создавать свой индивидуальный профайл.

Д.А.: Как работает PR? Как вы планируете раскручивать платформу?

В.Т.: Раскручивать планируем, в первую очередь, через социальные сети. Я нашла сотрудника, который будет заниматься этим в Facebook и Вконтакте. Помимо этого мы планируем партнерские программы и участие в конференциях.

Планы на будущее

Д.А.: Как ты видишь развитие этой идеи в регионах?

В.Т.: Получилось, что все проекты, которые сейчас зарегистрированы, работают в регионах. Конечно, мне бы было интересно, если бы люди помогали в своем комьюнити – в этом и заключается концепция социального предпринимательства. Конечно, это сложно, потому что у нас очень большая территория, но было бы здорово, если бы люди поддерживали тех, кто принадлежит непосрественно к тому же сообществу. Со временем у нас будет выбор по городам, уже есть карта для этого.

projects 620x281 - Первая платформа социального краудфандинга Русини

 Д.А.: Переезжать обратно в Россию не собираешься?

В.Т.: Все спрашивают! =) Будет команда, которая работает дистанционно, но я хочу заниматься выстраиванием отношений между Европой и Россией. Не только коммуникацией, но и передаванием знаний и навыков (knowledge transfer).

Д.А.: Если бы не Русини, чем бы ты занялась в социальном направлении? Наверняка ведь возникают какие-то идеи параллельно?

В.Т.: Микрофинансированием, например. Развитием социального предпринимательства. Тем же Hubом. Да много всего, на самом деле!

Интерфейс сайта Русини
Интерфейс сайта Русини

Интерфейс сайта Русини
Интерфейс сайта Русини

Интерфейс сайта Русини
Интерфейс сайта Русини

Мы продолжаем поддерживать вас: учитесь, развивайтесь, действуйте
  • Помощь тьюторов
    и экспертов
  • Поддержка
    сообщества
  • Обратная связь
    по итоговому заданию
  • Сертификат
    после обучения
5338
Слушателей
на платформе
Узнать больше