Итоги 2016: борьба с насилием над женщинами вышла из тени

Фото: фрагмент сайта nasiliu.net

В 2016 году в рос­сий­ских СМИ и соци­аль­ных сетях часто фигу­ри­ро­ва­ла тема наси­лия по отно­ше­нию к жен­щи­нам. Огром­ный резо­нанс в обще­стве вызва­ла акция в соци­аль­ных сетях #яНе­Бо­юсь­Ска­зать и слу­чай домо­га­тельств к уче­ни­цам в мос­ков­ской шко­ле № 57. Граж­дан­ское обще­ство опе­ра­тив­но отре­а­ги­ро­ва­ло на эти собы­тия: за этот год в Рос­сии было запу­ще­но несколь­ко онлайн-сер­ви­сов и мобиль­ных при­ло­же­ний, кото­рые помо­га­ют ока­зав­шим­ся в экс­тре­маль­ной ситу­а­ции и ока­зы­ва­ют юри­ди­че­скую и пси­хо­ло­ги­че­скую помощь. Кор­ре­спон­дент Теп­ли­цы Ната­лья Бара­но­ва пооб­ща­лась с экс­пер­та­ми, что­бы обсу­дить как в 2016 году тема наси­лия вышла из тени и ста­ла откры­то обсуж­дать­ся.

По инфор­ма­ции Все­мир­ной орга­ни­за­ции здра­во­охра­не­ния, 35% жен­щин в мире хотя бы раз в жиз­ни под­вер­га­ют­ся наси­лию со сто­ро­ны парт­не­ра или дру­го­го лица. Ста­ти­сти­ки по Рос­сии, кото­рая бы прав­ди­во отра­жа­ла кар­ти­ну, сколь­ко жен­щин постра­да­ло от домаш­не­го наси­лия, по сло­вам экс­пер­тов, нет.

По дан­ным Ген­про­ку­ра­ту­ры, в 2015 году в Рос­сии было офи­ци­аль­но заре­ги­стри­ро­ва­но 3 936 изна­си­ло­ва­ний. Из них 174 слу­чая рас­крыть не уда­лось.

Одна­ко ста­ти­сти­ка судеб­ных дел – это лишь малая часть того, что слу­ча­ет­ся в жиз­ни. Мно­гие жен­щи­ны, став­шие жерт­ва­ми пре­ступ­ни­ков, не толь­ко не идут в поли­цию, но и боят­ся рас­ска­зы­вать об этом сво­им близ­ким. Напри­мер, по ста­ти­сти­ке Санкт-Петер­бург­ской реги­о­наль­ной обще­ствен­ной орга­ни­за­ции «ИНГО. Кри­зис­ный центр для жен­щин», за помо­щью к пра­во­охра­ни­тель­ным орга­нам обра­ща­ет­ся толь­ко каж­дая седь­мая пере­жив­шая изна­си­ло­ва­ние жен­щи­на.

Публичность: говорить или нет?

В июне 2016 года укра­ин­ская акти­вист­ка Ана­ста­сия Мель­ни­чен­ко запу­сти­ла в фейс­бу­ке акцию под хэш­те­гом #яне­бо­юсь­ска­за­ти. Она при­зва­ла деву­шек пуб­лич­но рас­ска­зы­вать о слу­ча­ях сек­су­аль­но­го наси­лия.

Флеш­моб про­шел сра­зу на трех язы­ках: поми­мо укра­ин­ско­го, на рус­ском () и на англий­ском (#IamNotAfraidToSayIt). За несколь­ко дней свои тра­гич­ные исто­рии рас­ска­за­ли сот­ни жен­щин по все­му миру. Этот флеш­моб был направ­лен на борь­бу с дис­кри­ми­на­ци­ей и сек­су­аль­ным наси­ли­ем. Участ­ни­ки акции были убеж­де­ны, что о наси­лии необ­хо­ди­мо гово­рить: толь­ко так мож­но изме­нить отно­ше­ние обще­ства.

Так­же интер­нет-сооб­ще­ство пора­зи­ла колон­ка под назва­ни­ем «Твое истин­ное лицо» редак­то­ра сай­та w-o-s.ru Анны Жав­не­ро­вич. В ней она рас­ска­за­ла, как ее изби­вал моло­дой чело­век.

В авгу­сте 2016 года пуб­лич­ной ста­ла исто­рия, свя­зан­ная с сек­су­аль­ны­ми домо­га­тель­ства­ми одно­го из учи­те­лей элит­ной мос­ков­ской шко­лы № 57 к сво­им уче­ни­цам. Жур­на­лист Ека­те­ри­на Крон­гауз на сво­ей стра­ни­це в Facebook напи­са­ла, что рабо­тав­ший там учи­тель исто­рии на про­тя­же­нии 16 лет «кру­тил рома­ны» с уче­ни­ца­ми.

В Сети нача­ли появ­лять­ся пуб­лич­ные при­зна­ния выпуск­ни­ков о про­ис­хо­див­шем в шко­ле 13 лет назад. В резуль­та­те учеб­ное заве­де­ние поки­ну­ли его дирек­тор и ряд дру­гих пре­по­да­ва­те­лей. Этой исто­ри­ей заня­лись след­ствен­ные орга­ны.

В соци­аль­ной сети флеш­моб #яНе­Бо­юсь­Ска­зать был вос­при­нят неод­но­знач­но. Мно­гие поль­зо­ва­те­ли счи­та­ли, что это ошиб­ка и не нуж­но пуб­лич­но, кол­лек­тив­но рас­ска­зы­вать подоб­ные исто­рии. Пред­ста­ви­тель рос­сий­ской пра­во­слав­ной церк­ви (РПЦ) осу­дил жен­щин, кото­рые участ­ву­ют в этой акции, и посо­ве­то­вал обра­тить­ся к свя­щен­ни­кам, а не к интер­нет-сооб­ще­ству.

Еще по теме: 8 новых меди­а­кам­па­ний по предот­вра­ще­нию наси­лия над жен­щи­на­ми и детьми.

Кан­ди­дат пси­хо­ло­ги­че­ских наук, доцент кафед­ры жур­на­ли­сти­ки и инте­гри­ро­ван­ных ком­му­ни­ка­ций Вят­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та Анна Федя­е­ва уве­ре­на, что акция ста­ла небез­опас­на для эмо­ци­о­наль­но­го состо­я­ния самих участ­ни­ков.

«Флеш­мо­бы хоть и не решат в корне про­бле­му, но заста­вят мно­гих хотя бы о ней заду­мать­ся. И воз­мож­ность выска­зать­ся сама по себе так­же важ­на. Но зача­стую вме­сто под­держ­ки в соци­аль­ных сетях мож­но полу­чить укор и непо­ни­ма­ние, тем самым зара­бо­тать еще одну трав­му. Нуж­но отве­тить для себя на вопрос: что ты ждешь от пуб­лич­но­сти? И как дол­го готов ждать? На мой взгляд, рабо­та в пси­хо­кор­рек­ци­он­ной груп­пе под руко­вод­ством опыт­но­го и гра­мот­но­го пси­хо­ло­га или пси­хо­те­ра­пев­та будет более умест­на». Анна Федя­е­ва

Напро­тив, пред­ста­ви­те­ли кри­зис­ных цен­тров, спе­ци­а­ли­сты, кото­рые борют­ся про­тив наси­лия в отно­ше­нии жен­щин, под­дер­жа­ли подоб­ные акции при­зна­ний. По мне­нию мене­дже­ра Санкт-Петер­бург­ско­го кри­зис­но­го цен­тра для жен­щин, пси­хо­ло­га Анны Решет­ни­ко­вой, флеш­моб стал пер­вым шагом на пути реше­ния про­бле­мы.

«Подоб­ные акции были все­гда, про­сто им уде­ля­лось не так мно­го вни­ма­ния как в этом году. Люди долж­ны гово­рить об этой про­бле­ме, и чем боль­ше слу­ча­ев будет осве­ще­но в СМИ, тем быст­рее наша жизнь может изме­нить­ся к луч­ше­му. Оче­вид­но, что про­бле­му наси­лия уже невоз­мож­но не заме­чать. Я ува­жаю тех деву­шек, кото­рые нашли в себе силы пуб­лич­но рас­ска­зать обо всем. Каж­дая из них отда­ва­ла себе отчет, что этот пост про­чи­та­ют ее кол­ле­ги и дру­зья. Если же чело­век к тако­му не готов, ему нуж­но обра­тить­ся к пси­хо­ло­гу и решать про­бле­му один на один». Анна Решет­ни­ко­ва

В 2015 году кри­зис­ный центр помог 4 180 жен­щи­нам. Звон­ки на теле­фон дове­рия посту­па­ют со всей Рос­сии и из-за рубе­жа.

Экс­пер­ты уве­ре­ны: в обще­стве уже про­ис­хо­дят изме­не­ния. По сло­вам Анны Решет­ни­ко­вой, жен­щи­ны нача­ли обра­щать­ся за помо­щью в центр на ран­нем эта­пе, когда дав­ле­ние толь­ко начи­на­ет­ся. Если рань­ше 90% жен­щин обра­ща­лись по пово­ду жест­ко­го наси­лия (побои), то сей­час мно­го тех, кто про­сит сове­та при пси­хо­ло­ги­че­ском дав­ле­нии. Быва­ет, парт­нер запре­ща­ет девуш­ке одной куда-то поехать.

Юрист, руко­во­ди­тель про­ек­та «Насилию.нет» Анна Риви­на счи­та­ет, что люди ста­ли чаще пред­ла­гать свою помощь.

«На нашем сай­те есть фор­ма волон­те­ра, кото­рую люди запол­ня­ют, если хотят нам помочь. Кто-то пред­ла­га­ет ока­зать пси­хо­ло­ги­че­скую под­держ­ку, кто-то – финан­со­вую. Люди ста­ли гораз­до отзыв­чи­вее», – уточ­ни­ла Риви­на.

Мобильные приложения и онлайн-сервисы: реакция сообщества

По мне­нию акти­ви­ста из Сык­тыв­ка­ра, одно­го из созда­те­лей Abuse.media Пав­ла Сафро­но­ва, акция #яНе­Бо­юсь­Ска­зать вовсе не вызва­ла обще­ствен­но­го резо­нан­са, а лишь ста­ла раз­вле­че­ни­ем для широ­ких масс.

«Граж­дан­ские акти­ви­сты и так зна­ли весь мас­штаб про­бле­мы», – счи­та­ет Сафро­нов.

Дей­стви­тель­но, еще до появ­ле­ния акций в мар­те 2016 года Теп­ли­ца соци­аль­ных тех­но­ло­гий при под­держ­ке про­грам­мы «Ген­дер­ная демо­кра­тия» Фон­да Ген­ри­ха Бёл­ля и Санкт-Петер­бург­ско­го кри­зис­но­го цен­тра для жен­щин про­ве­ла хака­тон под назва­ни­ем «Насилия.net». На ней акти­ви­сты созда­ва­ли сер­ви­сы и при­ло­же­ния, направ­лен­ные на борь­бу с наси­ли­ем в отно­ше­нии жен­щин. С видео­за­пи­ся­ми защи­ты про­ек­тов, резуль­та­та­ми и дру­гих мате­ри­а­лов рабо­ты команд мож­но озна­ко­мить­ся в мате­ри­а­ле.

В кон­це авгу­ста 2016 года было запу­ще­но мобиль­ное при­ло­же­ние «Насилию.нет», пре­зен­то­ван­ное Анной Риви­ной на хака­тоне. Оно при­зва­но помочь жен­щине в экс­трен­ной ситу­а­ции.

В сен­тяб­ре граж­дан­ские акти­ви­сты из раз­ных горо­дов Рос­сии созда­ли новост­ной агре­га­тор Abuse.media о домаш­нем наси­лии в Рос­сии. 25 нояб­ря 2016 года, в Меж­ду­на­род­ный день борь­бы с наси­ли­ем в отно­ше­нии жен­щин, так­же стар­то­вал онлайн-сер­вис «П.О.Л.И.Н.А». В этот же день авто­ры мобиль­но­го при­ло­же­ния «Насилию.нет» запу­сти­ли одно­имен­ный сайт.

Анна Решет­ни­ко­ва счи­та­ет, что в 2016 году про­бле­ме наси­лия ста­ли уде­лять боль­ше вни­ма­ния:

«Здо­ро­во, что мы, кри­зис­ные цен­тры и акти­ви­сты, сотруд­ни­ча­ем с про­грам­ми­ста­ми, что­бы улуч­шать наши сер­ви­сы. Но не сто­ит забы­вать про ока­за­ние пря­мой кон­суль­та­ции жен­щи­нам, кото­рые столк­ну­лись с наси­ли­ем: помо­гать юри­ди­че­ски и пси­хо­ло­ги­че­ски. Эту рабо­ту при­ло­же­ния не заме­нят», – под­черк­ну­ла экс­перт.

Почему государство до сих пор в стороне?

Для того что­бы запу­стить про­ект «Насилию.нет», Анна Риви­на и ее кол­ле­ги не раз пода­ва­ли заяв­ки на полу­че­ние пре­зи­дент­ско­го гран­та, про­си­ли под­держ­ку и у Обще­ствен­ной пала­ты РФ. Но полу­ча­ли отка­зы.

«Госу­дар­ство в этом вопро­се ухо­дит на зад­ний план. Под­держ­ки, кото­рая так необ­хо­ди­ма, нет. Власть даже высту­па­ет про­тив наших ини­ци­а­тив. Выхо­дит, что мы не толь­ко долж­ны нахо­дить силы на реше­ние про­блем, но и бороть­ся за то, что­бы не было хуже». Анна Риви­на

К при­ме­ру, в Киро­ве есть уни­каль­ный центр для жен­щин, ока­зав­ших­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции, «Виф­ле­ем в Вят­ке». В нем жен­щи­ны вме­сте с детьми могут пожить какое-то вре­мя. Центр был открыт рим­ско-като­ли­че­ским при­хо­дом в 2009 году, но ока­зы­ва­ет помощь нуж­да­ю­щим­ся мате­рям любо­го веро­ис­по­ве­да­ния.

Подоб­ных учре­жде­ний, создан­ных госу­дар­ством, нет. Мест­ная власть цен­тру не помо­га­ет, он суще­ству­ет толь­ко за счет част­ных пожерт­во­ва­ний. Един­ствен­ный плюс – за арен­ду пла­тить не нуж­но: поме­ще­ние на окра­ине горо­да доста­лось цен­тру без­воз­мезд­но спу­стя три года после его откры­тия. Мно­гие жен­щи­ны при­хо­дят в центр от безыс­ход­но­сти: зача­стую из дома их выгнал муж, угро­жал.

Вме­сто помо­щи со сто­ро­ны госу­дар­ства, по мне­нию Анны Риви­ной, обще­ство полу­ча­ет «инфор­ма­ци­он­ные вбро­сы». Вспом­ним зако­но­про­ект депу­та­та Еле­ны Мизу­ли­ной. Летом 2016 года она внес­ла в Гос­ду­му поправ­ки к зако­ну о декри­ми­на­ли­за­ции пре­ступ­ле­ний. В част­но­сти, она пред­ло­жи­ла исклю­чить из чис­ла уго­лов­ных пре­ступ­ле­ний побои в отно­ше­нии род­ствен­ни­ков и пере­ве­сти их в раз­ряд адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ний. Мизу­ли­на счи­та­ет, что побои от род­ствен­ни­ка не опас­нее дей­ствий посто­рон­не­го, нанес­ше­го побои. Поправ­ки вызва­ли дис­кус­сию в обще­стве.

В свою оче­редь, РПЦ высту­пи­ла кате­го­ри­че­ски про­тив подоб­ных попра­вок и заяви­ла, что роди­те­ли не долж­ны под­вер­гать­ся ни уго­лов­но­му, ни адми­ни­стра­тив­но­му пре­сле­до­ва­нию за «уме­рен­ные и доб­ро­со­вест­ные нака­за­ния» сво­их детей.

«Каж­дый чело­век, услы­шав такие заяв­ле­ния, дума­ет, что же вооб­ще пра­виль­но? Подоб­ные ини­ци­а­ти­вы не защи­ща­ют нас. Есть такое поня­тие «пози­тив­ное пра­во», его прин­ци­пы несет госу­дар­ство. Это зна­чит, что оно гаран­ти­ру­ет каж­до­му граж­да­ни­ну защи­ту жиз­ни и здо­ро­вья. Мы не гово­рим о том, что­бы госу­дар­ство защи­ща­ло мужа от жены, ребен­ка от роди­те­ля. Госу­дар­ство долж­но защи­щать каж­до­го граж­да­ни­на от дру­го­го граж­да­ни­на. И этот прин­цип оно сей­час не выпол­ня­ет». Анна Риви­на

По мне­нию юри­стов, созда­те­лей про­ек­та «Наси­лю нет» Анны Риви­ной и Мари Дав­тян, в Рос­сии нет защит­ных меха­низ­мов для потер­пев­ших от домаш­не­го наси­лия жен­щин. К при­ме­ру, не суще­ству­ет охран­ных пред­пи­са­ний (это запре­ты обид­чи­кам совер­шать опре­де­лен­ные дей­ствия), сети убе­жищ и реа­би­ли­та­ци­он­ных цен­тров для жен­щин, бес­плат­ной юри­ди­че­ской помо­щи. Более того, не рабо­та­ют про­грам­мы по реа­би­ли­та­ции как жертв, так и пре­ступ­ни­ков.

Сего­дня жерт­ва семей­но-быто­во­го наси­лия не может рас­счи­ты­вать на помощь поли­ции в слу­ча­ях, если ее здо­ро­вью не нане­сен тяж­кий вред. Еще в 2012 году рабо­чая груп­па при Мини­стер­стве тру­да и соци­аль­ной защи­ты РФ раз­ра­бо­та­ла про­ект Феде­раль­но­го зако­на «О про­фи­лак­ти­ке семей­но-быто­во­го наси­лия». Пра­во­за­щит­ни­ки назва­ли его рево­лю­ци­он­ным. Закон пред­ла­га­ет упразд­нить част­ное обви­не­ние по фак­там изби­е­ния в семье. Если он будет при­нят, жерт­ва семей­но-быто­во­го наси­лия не долж­на будет сама соби­рать дока­за­тель­ства вины сво­е­го обид­чи­ка: этим зай­мет­ся поли­ция.

Миро­вая прак­ти­ка дока­за­ла, что спе­ци­аль­ный закон о про­фи­лак­ти­ке наси­лия в семье более эффек­ти­вен, чем отдель­ные ста­тьи уго­лов­но­го, граж­дан­ско­го и адми­ни­стра­тив­но­го зако­но­да­тель­ства. За при­ня­тие это­го зако­на уже под­пи­са­лись более 150 тысяч чело­век.

По мне­нию руко­во­ди­те­ля аппа­ра­та упол­но­мо­чен­но­го по пра­вам чело­ве­ка в Санкт-Петер­бур­ге Оль­ги Штан­ни­ко­вой, зако­но­про­ект в бли­жай­шее вре­мя не при­мут: на это нет поли­ти­че­ской воли. Экс­перт убеж­де­на, что такой закон необ­хо­дим, толь­ко бла­го­да­ря ему удаст­ся выстро­ить целост­ную систе­му защи­ты постра­дав­ше­го, ребен­ка и семьи.

«В нашем обще­стве попу­ля­ри­зи­ру­ют домо­строй, а не запад­ные цен­но­сти, осно­ван­ные на пра­вах чело­ве­ка. Еще в 90-х годах была ини­ци­а­ти­ва при­нять подоб­ный закон. Но вот уже 20 лет вопрос никак не реша­ет­ся. На про­бле­му не обра­ща­ют вни­ма­ния на феде­раль­ном уровне. Даже внут­ри семьи эта тема непо­пу­ляр­на». Оль­га Штан­ни­ко­ва.

Более того, Рос­сия про­игно­ри­ро­ва­ла Кон­вен­цию Сове­та Евро­пы о предот­вра­ще­нии наси­лия в отно­ше­нии жен­щин и борь­бе с домаш­ним наси­ли­ем (по-дру­го­му ее назы­ва­ют Стам­буль­ская кон­вен­ция). По мне­нию Штан­ни­ко­вой, рос­сий­ская сто­ро­на долж­на была ее под­пи­сать и рати­фи­ци­ро­вать.

«Это мог быть серьез­ный тол­чок для наше­го обще­ства», – с сожа­ле­ни­ем отме­ти­ла руко­во­ди­тель аппа­ра­та.

Экс­пер­ты уве­ре­ны, что в ситу­а­ции без­раз­ли­чия со сто­ро­ны госу­дар­ства рас­счи­ты­вать нуж­но толь­ко на граж­дан­ских акти­ви­стов. Имен­но они спо­соб­ны повли­ять на реше­ние про­бле­мы.