Исследование Теплицы: что такое импакт-инвестирование

Большинство источников описывает импакт-инвестирование как более узкое направление социально ответственного инвестирования. Последнее понятие принято считать зонтичной концепцией, объединяющей разные типы ориентированной на прибыль финансовой деятельности, имеющей социальную подоплеку. Фото: pexels.com (CC0).
Большинство источников описывает импакт-инвестирование как более узкое направление социально ответственного инвестирования. Последнее понятие принято считать зонтичной концепцией, объединяющей разные типы ориентированной на прибыль финансовой деятельности, имеющей социальную подоплеку. Фото: pexels.com (CC0).

Офи­ци­аль­но тер­ми­ну «импакт-инве­сти­ро­ва­ние» все­го 10 лет. Бла­го­да­ря экс­пер­там Social Impact Investment Taskforce , в финан­со­вом мире появи­лась новая мета­фо­ра. Они назва­ли импакт-инве­сти­ро­ва­ние неви­ди­мым серд­цем рын­ка, про­ве­дя парал­лель со зна­ме­ни­тым выска­зы­ва­ни­ем Ада­ма Сми­та о неви­ди­мой руке рын­ка.

Чуть менее поэ­тич­ная гло­баль­ная сеть импакт-инве­сти­ро­ва­ния (Global Impact Investing Network, ГСИИ), одна из основ­ных экс­перт­ных орга­ни­за­ций в этой обла­сти, опре­де­ля­ет его как «инве­сти­ции в ком­па­нии, орга­ни­за­ции и фон­ды с целью добить­ся как финан­со­вой выго­ды, так и изме­не­ний в сфе­ре защи­ты окру­жа­ю­щей сре­ды и/или в соци­аль­ной сфе­ре».

Боль­шин­ство источ­ни­ков опи­сы­ва­ет импакт-инве­сти­ро­ва­ние как более узкое направ­ле­ние соци­аль­но ответ­ствен­но­го инве­сти­ро­ва­ния. Послед­нее поня­тие при­ня­то счи­тать зон­тич­ной кон­цеп­ци­ей, объ­еди­ня­ю­щей раз­ные типы ори­ен­ти­ро­ван­ной на при­быль финан­со­вой дея­тель­но­сти, име­ю­щей соци­аль­ную подо­пле­ку.

История

Соци­аль­но ответ­ствен­ное инве­сти­ро­ва­ние ухо­дит кор­ня­ми в рели­ги­оз­ные док­три­ны. Самой ран­ней его фор­мой был при­ме­ня­е­мый и сей­час нега­тив­ный скри­нинг – бой­кот биз­не­сов, про­ти­во­ре­ча­щих опре­де­лен­ным рели­ги­оз­ным уста­нов­кам. Как пишут в сво­ем иссле­до­ва­нии Джефф Фин­кель­ман и Кейт Хан­тинг­тон, все миро­вые рели­гии, в том чис­ле като­ли­цизм, иуда­изм, ислам, на про­тя­же­нии исто­рии выра­ба­ты­ва­ли опре­де­лен­ные пара­мет­ры оцен­ки биз­не­са на пред­мет его соот­вет­ствия дог­мам.

Напри­мер, к халяль­ным (раз­ре­шен­ным) инве­сти­ци­ям для мусуль­ман не отно­сят­ся алко­голь­ный, табач­ный, ору­жей­ный, игро­вой биз­нес, а так­же кино­ин­ду­стрия и музы­ка. Счи­та­ет­ся, что в англо­сак­сон­ском мире осно­вы соци­аль­но ответ­ствен­но­го инве­сти­ро­ва­ния в XVII-XVIII веках зало­жи­ли ква­ке­ры, актив­но высту­пав­шие про­тив раб­ства. Они, в част­но­сти, при­зы­ва­ли избе­гать биз­нес-прак­тик и ком­па­ний, кото­рые нано­сят ущерб обще­ству. Иссле­до­ва­те­ли так­же часто цити­ру­ют речь «Об исполь­зо­ва­нии денег» про­те­стант­ско­го про­по­вед­ни­ка Джо­на Уэс­ли, так­же убеж­ден­но­го або­ли­ци­о­ни­ста. Жив­ший в XVIII веке Уэс­ли про­воз­гла­шал: «Любовь к день­гам», как мы зна­ем, «корень всех бед», но не день­ги сами по себе. Их мож­но исполь­зо­вать для совер­ше­ния зла. Но так­же и для тво­ре­ния добра. День­ги мож­но пустить как на луч­шие, так и на худ­шие цели».

Еще по теме: 5 при­ме­ров импакт-инве­сти­ро­ва­ния в Рос­сии и за рубе­жом

Наи­бо­лее стре­ми­тель­но инте­рес к эти­ке в инве­сти­ро­ва­нии в США стал нарас­тать в кон­це 1960-х – нача­ле 1970-х годов. Этот пери­од изве­стен как «эра граж­дан­ских сво­бод». Тогда в обще­стве ста­ли креп­нуть убеж­де­ния, что инве­сто­ры долж­ны более изби­ра­тель­но под­хо­дить к тому, как они раз­ме­ща­ют сред­ства. Эти настро­е­ния подо­гре­ва­лись обще­ствен­ны­ми выступ­ле­ни­я­ми и бой­ко­та­ми, напри­мер, демон­стра­ци­я­ми про­тив Dow Chemical Co., про­из­во­див­шей напалм, или опе­ра­ци­ей «Кор­зи­на хле­ба». Ее ини­ци­а­то­ры при­зы­ва­ли бой­ко­ти­ро­вать ком­па­нии, не нани­мав­шие на рабо­ту чер­но­ко­жих сотруд­ни­ков.

В 1971 году был создан Pax World Fund, не вкла­ды­вав­ший день­ги в «гре­хов­ные биз­нес-прак­ти­ки» и в ком­па­нии, «нажи­вав­ши­е­ся на войне» во Вьет­на­ме. На охва­тив­шей стра­ну волне паци­физ­ма и борь­бы за граж­дан­ские пра­ва ста­ла рас­ши­рять­ся про­слой­ка соци­аль­но ответ­ствен­ных инве­сто­ров. Они отка­зы­ва­лись финан­си­ро­вать про­из­во­ди­те­лей алко­го­ля, таба­ка, ору­жия, а затем и ком­па­нии, рабо­тав­шие в ЮАР, выра­жая про­тест про­тив поли­ти­ки апар­те­ида.

К нача­лу 1990-х годов в умах биз­нес-воро­тил про­изо­шла дру­гая рево­лю­ция. Века­ми суще­ство­вав­шая чет­кая гра­ни­ца меж­ду филан­тро­пи­ей и ком­мер­ци­ей ста­ла раз­мы­вать­ся. По пра­ви­лам кон­сер­ва­тив­но­го биз­не­са, соци­аль­но и эко­ло­ги­че­ски ори­ен­ти­ро­ван­ные ини­ци­а­ти­вы счи­та­лись нерен­та­бель­ны­ми про­ек­та­ми «для души».

К кон­цу сто­ле­тия на сме­ну скеп­ти­циз­му стал при­хо­дить дело­вой инте­рес. Инве­сто­ры нача­ли искать аль­тер­на­ти­вы гран­там и суб­си­ди­ро­ва­нию для дости­же­ния пози­тив­ных пере­мен. Напри­мер, появи­лась кон­цеп­ция про­грамм­но­го инве­сти­ро­ва­ния, впер­вые при­ме­нен­ная Ford Foundation.

Фонд стал заме­нять гран­ты на зай­мы с низ­ким про­цен­том, выда­ва­е­мые на про­ек­ты в сфе­ре раз­ви­тия город­ской инфра­струк­ту­ры и доступ­но­го жилья. Новая стра­те­гия инве­сти­ций поз­во­ля­ла фон­ду исполь­зо­вать выпла­чен­ные кре­ди­ты на новые про­грам­мы, а заем­щи­кам – гене­ри­ро­вать поло­жи­тель­ную кре­дит­ную исто­рию.

2007 год – год рож­де­ния импакт-инве­сти­ро­ва­ния. По ини­ци­а­ти­ве Фон­да Рок­фел­ле­ра в Ита­лии про­шла встре­ча инве­сто­ров. Ее целью было про­ана­ли­зи­ро­вать воз­мож­но­сти для част­но­го капи­та­ла стать дви­жу­щей силой поло­жи­тель­ных транс­фор­ма­ций в мире. Как пишет Энто­ни Багг-Левин, в тот пери­од управ­ляв­ший фон­дом, «на встре­че были все: зеле­ные инве­сто­ры, инве­сто­ры в мик­ро­фи­нан­си­ро­ва­ние, инве­сто­ры в общи­ны. Мы назва­ли все это «импакт-финан­си­ро­ва­ни­ем». Но, что более важ­но, поми­мо тер­ми­но­ло­гии в 2007 году мы опре­де­ли­ли и про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что эти раз­но­об­раз­ные орга­ни­за­ции и груп­пы явля­ют­ся частью ново­го виде­ния».

Импакт-инвестирование сегодня

Основные игроки

Офор­мив­ше­е­ся совсем недав­но импакт-инве­сти­ро­ва­ние пре­бы­ва­ет в харак­тер­ном состо­я­нии бур­но­го и отча­сти хао­тич­но­го раз­ви­тия. Пра­ви­ла, стан­дар­ты, тер­ми­но­ло­гия все еще нахо­дят­ся в ста­дии ста­нов­ле­ния. ГСИИ выде­ля­ет несколь­ко основ­ных харак­те­ри­стик совре­мен­но­го импакт-инве­сти­ро­ва­ния.

  • Пред­на­ме­рен­ность. Наме­ре­ни­ем инве­сто­ра долж­но быть дости­же­ние пози­тив­но­го соци­аль­но­го или эко­ло­ги­че­ско­го пре­об­ра­зо­ва­ния путем инве­сти­ций.
  • Инве­сти­ция не долж­на быть убы­точ­ной по ожи­да­ни­ям. Импакт-инве­сти­ции долж­ны гаран­ти­ро­вать как мини­мум воз­врат капи­та­ла.
  • Виды ожи­да­е­мой при­бы­ли и клас­сов акти­вов. Импакт-инве­сти­ции при­но­сят при­быль от ниже рыноч­ной до срав­ни­мой с рыноч­ной с уче­том рис­ков. К акти­вам, в част­но­сти, но не толь­ко, отно­сят­ся денеж­ные экви­ва­лен­ты, фик­си­ро­ван­ный доход, вен­чур­ный капи­тал и инве­сти­ции в акци­о­нер­ный капи­тал или дол­го­вые инве­сти­ции.
  • Изме­ре­ние вли­я­ния. Основ­ная харак­те­рист­ка импакт-инве­сти­ро­ва­ния – готов­ность инве­сто­ра изме­рять соци­аль­ную и эко­ло­ги­че­скую отда­чу и сооб­щать о ней, обес­пе­чи­вая про­зрач­ность и под­от­чет­ность.

Импакт-инве­сти­ро­ва­ни­ем сей­час зани­ма­ет­ся огром­ное коли­че­ство орга­ни­за­ций и инсти­ту­тов:

  • спе­ци­а­ли­зи­ро­ван­ные инве­сти­ци­он­ные фон­ды – орга­ни­за­ции, создан­ные исклю­чи­тель­но с целью импакт-инве­сти­ро­ва­ния, такие как Impact Foundation или Acumen, инве­сти­ру­ю­щая в про­ек­ты по борь­бе с бед­но­стью;
  • клас­си­че­ские игро­ки на рын­ке, в том чис­ле стра­хо­вые ком­па­нии, пен­си­он­ные фон­ды и орга­ни­за­ции, управ­ля­ю­щие акти­ва­ми: от Goldman Sachs Urban Investment Group до JP Morgan. Их инте­рес объ­яс­ня­ет­ся, во-пер­вых, тем, что импакт-инве­сти­ро­ва­ние рабо­та­ет, и доволь­но успеш­но.

О том, что импакт-инве­сти­ро­ва­ние по воз­врат­но­сти срав­ни­мо с кон­сер­ва­тив­ным инве­сти­ро­ва­ни­ем, сви­де­тель­ству­ют опро­сы ГСИИ. Как ука­зы­ва­ет­ся в послед­нем отче­те орга­ни­за­ции, 209 при­няв­ших уча­стие в опро­се респон­ден­тов сей­час управ­ля­ют импакт-инве­сти­ци­я­ми в раз­ме­ре 114 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров. При этом более 90 про­цен­тов из них сооб­щи­ли, что воз­врат­ность этих про­ек­тов пре­вы­ша­ет все ожи­да­ния, в том чис­ле финан­со­вые. В этом году, как ожи­да­ет­ся, этот рынок под­рас­тет еще на 22 про­цен­та.

Кро­ме того, как пишет Forbes, сдвиг круп­ных финан­со­вых инсти­ту­тов в сто­ро­ну импакт-инве­сти­ро­ва­ния начал про­ис­хо­дить и под вли­я­ни­ем вла­дель­цев капи­та­лов. Соглас­но иссле­до­ва­нию Фору­ма устой­чи­во­го и ответ­ствен­но­го инве­сти­ро­ва­ния, 85 про­цен­тов управ­ля­ю­щих капи­та­лом фирм сооб­щи­ли, что их кли­ен­ты наста­и­ва­ют на изби­ра­тель­но­сти вло­же­ния средств. Напри­мер, высту­па­ют про­тив инве­сти­ро­ва­ния в дея­тель­ность, нано­ся­щую ущерб окру­жа­ю­щей сре­де, или в ком­па­нии в стра­нах с репрес­сив­ны­ми режи­ма­ми.

Еще один тип импакт-инве­сто­ров – част­ные лица. По дан­ным ГСИИ, с 2015 по 2016 год они на 16 про­цен­тов уве­ли­чи­ли свои импакт-вло­же­ния – до 17,7 мил­ли­ар­да дол­ла­ров. Как пишет Forbes, в США в бли­жай­шее вре­мя может «раз­ра­зить­ся» новый тренд – импакт-мик­ро­ин­ве­сти­ро­ва­ние. Недав­но там были окон­ча­тель­но одоб­ре­ны несколь­ко зако­но­да­тель­ных актов, кото­рые поз­во­лят при­об­ре­тать акции част­ным лицам на сред­ства, полу­чен­ные путем кра­уд­фандин­га. С мая 186 ком­па­ний в США запу­сти­ли подоб­ный сбор средств. 79 из них пре­успе­ли и собра­ли сум­мар­но более 17 мил­ли­о­нов дол­ла­ров инве­сти­ций.

Еще по теме: Виды и при­ме­ры импакт-инве­сти­ро­ва­ния

Раз­ви­тие импакт-инве­сти­ро­ва­ния так­же при­ве­ло к появ­ле­нию орга­ни­за­ций-спут­ни­ков, зани­ма­ю­щих­ся про­дви­же­ни­ем это­го вида дея­тель­но­сти, рас­про­стра­не­ни­ем инфор­ма­ции, раз­ра­бот­кой стан­дар­тов инду­стрии и пара­мет­ров оцен­ки эффек­тив­но­сти импакт-инве­сти­ций. Сре­ди них уже упо­мя­ну­тая ГСИИ, фонд Case или инфор­ма­ци­он­ное агент­ство ImpactAlpha.

Один из спо­со­бов клас­си­фи­ка­ции импакт-инве­сто­ров пред­ло­жи­ла сеть Omidyar Network, при­над­ле­жа­щая Пье­ру Оми­дь­яру, осно­ва­те­лю ebay и импакт-инве­сто­ру. Она выде­ля­ет три груп­пы: «нова­то­ров» – пер­во­про­ход­цев, инве­сти­ру­ю­щих в непро­те­сти­ро­ван­ные идеи, пото­му что они верят в успех затеи.

Эти инве­сто­ры сни­жа­ют уро­вень рис­ков и при­во­дят за собой «мас­шта­би­ру­ю­щих инве­сто­ров» – более зре­лых аген­тов, при­да­ю­щих рын­ку осно­ва­тель­ность. За ними сле­ду­ет «инфра­струк­ту­ра рын­ка» – мас­са инве­сто­ров раз­ных калиб­ров, при­хо­дя­щая в уже сфор­ми­ро­вав­шу­ю­ся сре­ду и созда­ю­щая ее эко­си­сте­му.

Дру­гой метод сег­мен­та­ции – клас­си­фи­ка­ция целей инве­сто­ров. Аген­тов это­го рын­ка мож­но рас­пре­де­лить вдоль спек­тра. По кра­ям будут раз­ме­щать­ся те, для кого при­о­ри­те­том явля­ет­ся пози­тив­ное пре­об­ра­зо­ва­ние, и те, кто, в первую оче­редь, стре­мит­ся к полу­че­нию при­бы­ли.

Стратегии импакт-инвестирования

Импакт-инве­сто­ры при­бе­га­ют к раз­ным стра­те­ги­ям капи­та­ло­вло­же­ний:

  • инве­сти­ру­ют сред­ства в ком­па­нии, зани­ма­ю­щи­е­ся кор­по­ра­тив­ной филан­тро­пи­ей. Напри­мер, Tom’s, кото­рая пере­да­ет пару обу­ви ребен­ку в Афри­ке за каж­дую про­дан­ную пару;
  • инве­сти­ру­ют в ком­па­нии, стре­мя­щи­е­ся нести пря­мые пере­ме­ны. Их финан­со­вый успех часто нахо­дит­ся в непо­сред­ствен­ной зави­си­мо­сти от ока­зы­ва­е­мо­го ими вли­я­ния. Напри­мер, про­ек­ты в обла­сти воз­об­нов­ля­е­мых источ­ни­ков энер­гии. Так, эко­ло­ги­че­ское воз­дей­ствие вла­дель­ца пар­ка сол­неч­ных бата­рей рас­тет с каж­дым про­дан­ным мега­ват­том;
  • инве­сти­рую в соци­аль­ное или эко­ло­ги­че­ское вли­я­ние. При этом гене­ри­ру­е­мый доход может быть зна­чи­тель­но ниже рыноч­но­го или рав­нять­ся про­сто­му воз­вра­ту вло­же­ний. Таким типом инве­сти­ро­ва­ния часто зани­ма­ют­ся финан­со­вые инсти­ту­ты, спе­ци­а­ли­зи­ру­ю­щи­е­ся на раз­ви­тии общин. Напри­мер, Capital Impact Partners.

Механизмы импакт-инвестирования

Уча­стие импакт-инве­сто­ров чаще все­го про­ис­хо­дит по стан­дарт­ным схе­мам: дол­го­вые и доле­вые инве­сти­ции. Пер­вые могут при­ни­мать фор­му мик­ро­фи­нан­си­ро­ва­ния. Инве­сто­ры так­же могут напря­мую при­об­ре­тать акти­вы, напри­мер, инве­сти­ро­вать в сель­ско­хо­зяй­ствен­ные и лес­ные уго­дья с устой­чи­вым управ­ле­ни­ем или в энер­ге­ти­ку: вет­ря­ные пар­ки или пар­ки сол­неч­ной энер­гии.

В обла­сти дол­го­вых инве­сти­ций осо­бой попу­ляр­но­стью поль­зу­ют­ся отно­си­тель­но новые меха­низ­мы: соци­аль­ные и «зеле­ные» обли­га­ции.

Струк­ту­ра сде­лок с соци­аль­ны­ми обли­га­ци­я­ми, назы­ва­е­мы­ми еще «пла­той за успех» (pay for success), пред­по­ла­га­ет уча­стие пра­ви­тель­ствен­ных струк­тур, част­ных инве­сто­ров, про­вай­де­ра това­ра или услу­ги, а так­же неза­ви­си­мо­го ауди­то­ра. Инве­стор полу­ча­ет диви­ден­ды в том слу­чае, если соглас­но неза­ви­си­мой оцен­ке под­дер­жан­ный им про­ект достиг опре­де­лен­ных целей и резуль­та­тов. Таким типом финан­си­ро­ва­ния зани­ма­ет­ся НКО Social Finance UK, запу­стив­шая пер­вые в мире соци­аль­ные обли­га­ции в 2010 году. Про­ект был направ­лен на сни­же­ние уров­ня повтор­ных пре­ступ­ле­ний со сто­ро­ны заклю­чен­ных тюрем горо­да Питер­бо­ро, осуж­ден­ных на непро­дол­жи­тель­ные сро­ки.

«Зеле­ные обли­га­ции» выпус­ка­ют­ся пра­ви­тель­ствен­ны­ми вла­стя­ми, муни­ци­паль­ны­ми учре­жде­ни­я­ми и ком­па­ни­я­ми. С их помо­щью финан­си­ру­ют­ся эко­ло­ги­че­ские про­ек­ты, напри­мер, раз­ви­тие забро­шен­ных и про­мыш­лен­но загряз­нен­ных земель­ных участ­ков. В про­шлом году объ­ем инве­сти­ций в подоб­ные обли­га­ции пре­вы­сил 96 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров. Как ожи­да­ет­ся, в 2017 году эта сум­ма более, чем удво­ит­ся. Выпус­ком «зеле­ных обли­га­ций» зани­ма­ет­ся Apple. Этим летом были выпу­ще­ны обли­га­ции на мил­ли­ард дол­ла­ров для про­ек­тов снаб­же­ни­ем объ­ек­тов ком­па­нии элек­тро­энер­ги­ей, полу­ча­е­мой от воз­об­нов­ля­е­мых источ­ни­ков. В 2016 году году Apple выпу­сти­ла пер­вые такие обли­га­ции на пол­то­ра мил­ли­ар­да дол­ла­ров. Они, в част­но­сти, поз­во­ли­ли про­фи­нан­си­ро­вать про­ект по ути­ли­за­ции и пере­ра­бот­ке ста­рых iPhone’ов.

Наи­бо­лее попу­ляр­ный тип инве­сти­ций в акци­о­нер­ный капи­тал – вен­чур­ные инве­сти­ции: финан­си­ро­ва­ние стар­та­пов с потен­ци­а­лом ока­зы­вать эко­ло­ги­че­ское и соци­аль­ное воз­дей­ствие.

Измерение оказываемого воздействия

В инду­стрии импакт-инве­сти­ро­ва­ния на сего­дня отсут­ству­ют еди­ные стан­дар­ты и пара­мет­ры изме­ре­ния фак­ти­че­ско­го пози­тив­но­го воз­дей­ствия. Stanford Social Innovation Review выде­ля­ет три вза­и­мо­до­пол­ня­ю­щих инстру­мен­та для оцен­ки изме­не­ний: IRIS, GIIRIS и PULSE.

Одну из наи­бо­лее извест­ных систем оцен­ки пред­ла­га­ет ГСИИ. Она назы­ва­ет­ся IRIS и была пере­да­на ГСИИ в 2009 году. Это в боль­шей сте­пе­ни ката­лог тер­ми­нов и стан­дар­ти­зи­ро­ван­ных опре­де­ле­ний. У его исто­ков сто­я­ли Фонд Рок­фел­ле­ра, Acumen и B Lab.

GIIRIS – ката­лог мет­рик и более 60 кей­сов, демон­стри­ру­ю­щих, как пара­мет­ры исполь­зу­ют­ся для изме­ре­ния отда­чи в реаль­ном мире. Это инстру­мент для при­сво­е­ния рей­тин­га и плат­фор­ма, оце­ни­ва­ю­щая ком­па­нии и их инве­сти­ции в соот­вет­ствии с их эко­ло­ги­че­ским и соци­аль­ным воз­дей­стви­ем.

PULSE – инстру­мент управ­ле­ния инве­сти­ци­он­ным порт­фо­лио, исполь­зу­ю­щий мет­ри­ки IRIS.

Поиски новых финансовых механизмов

В гло­баль­ных мас­шта­бах одна из самых горя­чих на сего­дня тем – роль импакт-инве­сти­ро­ва­ния в дости­же­нии целей в обла­сти устой­чи­во­го раз­ви­тия ООН. Эта повест­ка борь­бы с нище­той и эко­ло­ги­че­ски­ми про­бле­ма­ми вплоть до 2030 года была при­ня­та стра­на­ми чле­на­ми орга­ни­за­ции в 2012 году. По оцен­кам ООН, раз­рыв меж­ду доступ­ны­ми и необ­хо­ди­мы­ми сред­ства­ми сей­час состав­ля­ет 2,5 трил­ли­о­на.

В попыт­ке сокра­тить этот раз­рыв на мак­ро­уровне один из круп­ней­ших импакт-инве­сто­ров Фонд Рок­фел­ле­ра сей­час управ­ля­ет про­ек­том Zero Gap. Его цель – раз­ра­бот­ка новых финан­со­вых меха­низ­мов, кото­рые поз­во­лят при­влечь част­ный капи­тал, спо­соб­ный обес­пе­чить поло­жи­тель­ное раз­ви­тие в мас­шта­бах стран и кон­ти­нен­тов.

Еще по теме: 10 при­чин, поче­му нуж­но занять­ся импакт-инве­сти­ро­ва­ни­ем

Так, в рам­ках Zero Gap фонд под­дер­жал про­ект стра­хо­во­го меха­низ­ма Nature Conservancy, направ­лен­но­го на защи­ту корал­ло­во­го рифа в Кан­куне в Мек­си­ке. Стра­хо­вая ком­па­ния Swiss Re раз­ра­бо­та­ла модель рис­ков при­род­ных ката­клиз­мов для при­бреж­ных оте­лей, бази­ру­ю­щу­ю­ся на пло­ща­ди корал­ло­вых рифов у их бере­гов. Каж­дый метр поте­ри рифа утра­и­ва­ет потен­ци­аль­ный эко­но­ми­че­ский ущерб от ура­га­нов.

Чем здо­ро­вей риф, тем ниже сто­и­мость стра­хов­ки для оте­ля. Swiss Re так­же берет на себя обя­за­тель­ство в уско­рен­ном поряд­ке выпла­чи­вать сред­ства для вос­ста­нов­ле­ния рифов и пля­жей после ура­га­нов. Подоб­ные про­грам­мы могут быть выгод­ны дюжине стран, зави­ся­щих от рифов. Модель так­же может быть при­ме­ни­ма к охране болот­ных уго­дий.

Дру­гой финан­со­вый меха­низм в рам­ках Zero Gap – UNITLIFE, поз­во­ля­ю­щий финан­си­ро­вать про­грам­мы по борь­бе с про­до­воль­ствен­ным кри­зи­сом в афри­кан­ских стра­нах. Он преду­смат­ри­ва­ет обло­же­ние мик­ро­сбо­ром пред­при­я­тий добы­ва­ю­щей про­мыш­лен­но­сти. В слу­чае с неф­те­до­бы­ва­ю­щи­ми пред­при­я­ти­я­ми этот сбор состав­ля­ет око­ло 10 цен­тов США за бар­рель. Сред­ства затем направ­ля­ют­ся в спе­ци­аль­ный фонд, кото­рый затем рас­пре­де­ля­ет их на целе­вые про­ек­ты.