Максим Дубинин: Почему продукты с открытым кодом стали востребованы

Интервью со специалистом в области открытых технологий Максимом Дубининым. На фото: Максим Дубинин на митапе Теплицы в 2016 году. Автор фото: Мария Борисёнок.
Интервью со специалистом в области открытых технологий Максимом Дубининым. На фото: Максим Дубинин на митапе Теплицы в 2016 году. Автор фото: Мария Борисёнок.

Проекты с открытым кодом становятся все популярнее у обычных пользователей. В этом уверен генеральный директор компании NextGIS, специалист в области открытых технологий Максим Дубинин. В интервью замредактора Теплицы Наталье Барановой эксперт рассказал о тенденциях, лучших примерах и объяснил, почему российские разработчики не так активно участвуют в совместной разработке проектов с открытым кодом на международном уровне.

Команда NextGIS создает открытое программное обеспечение (ПО) для работы с геоданными и реализует на его основе разные проекты. У команды три основных продукта: мобильная, веб и настольная геоинформационная система (ГИС). Кроме этих продуктов, создано разное вспомогательное ПО и модули расширений. Практически все продукты компании открыты, и их код можно найти на Github, где создано более чем 200 репозиториев.

В 2016 году компания запустила облачный сервис nextgis.com для создания веб ГИС – системы хранения, визуализации и управления пространственными данными организации или группы. Сервис коммерческий, но основан на полностью открытом (лицензия GPL 2) серверном приложении NextGIS Web, который пользователи при желании могут установить и модифицировать сами. Веб ГИС в нем завели более трех тысяч пользователей из разных стран.

– Максим, расскажите, когда и почему вы увлеклись темой открытого кода? Что вас привлекло в философии этого движения?

– В 2008 году мне надоело писать статьи на информационный ресурс GIS-Lab и создавать инструменты для моего основного рабочего программного пакета (Arcview GIS). Дело в том, что компания-создатель решила бросить его поддерживать, и я стал участвовать в другом, открытом проекте QGIS.

Привлекло ощущение контроля будущего в твоих руках: при соответствующем участии ты можешь повернуть туда, куда считаешь нужным. Сам я не совсем программист, но все равно нашел возможность довольно много вложить в нужные мне инструменты. Я привлекал разработчиков, находил деньги на добавление той или иной функциональности. Сейчас QGIS прочно вошел в число мировых лидеров в сегменте ГИС.

Еще по теме: Открытый код: люди и их вклад в развитие движения

– Насколько разработки с открытым исходным кодом стали популярны в России?

– У потребителей они все более и более популярны. Люди и организации перестают считать, что опенсорс (от англ. open source открытый код – Прим. ред.) это «так себе, но бесплатно», и такие  программные средства просто становятся стандартом де факто.

Разработчики тоже  активно используют, но, увы, я не вижу тенденции к увеличению участия в самом ПО. Почему так происходит, вопрос сложный. Возможно, из-за того что мы работаем в довольно специфической сфере. Но мне кажется, скорее потому, что у нас не сформировалась культура участия в принципе. Конечно же, это плохо.

Индия, Китай, Иран, Россия – страны, где очень много разработчиков, но их участие в совместной разработке минимально. На уровне страны мы пользователи, а не равноправные участники.

– А как обстоят дела за рубежом?

– Ровно так же, как и у нас. Возможно, противостояние с проприетарным ПО (частное. – Прим. ред.) за рубежом менее обострено, так как многие могут себе позволить в среднем более дорогие проприетарные пакеты.

С другой стороны, довольно много бизнесов, основанных именно на ПО с открытым кодом, тоже появляется на западе: увеличивается объем рынка, появляется больше возможностей и ниш.

В России, кстати, использование открытого ПО в связи с его бесплатностью для многих является просто единственной альтернативой.

– Меняется ли у людей отношение к теме открытого кода? Как ведут себя крупные корпорации и обычные пользователи?

–  Я наблюдаю за этим почти 10 лет и могу уверенно заявить, что не меняется. Обычным людям безразлично, открыт код или закрыт. Число специалистов более-менее постоянная величина.

А число продвинутых пользователей хоть и растет, но им важнее, чтобы инструмент был, экзистенциальные вопросы их мало волнуют. Крупные корпорации ведут себя так же, как и обычные пользователи: берут и используют, вкладывают в развитие мало.

Еще по теме: 6 причин, почему государству и бизнесу надо разрабатывать проекты с открытым кодом

 – Какие бы вы назвали лучшие российские разработки с открытым кодом?

– Лучшими разработки не могут стать только потому, что они российские или американские. Успешный открытый проект по определению мультинационален.

Но, к примеру, в России есть три проекта, которые я бы отметил. Первый – веб-сервер Nginx (HTTP-сервер, обслуживает серверы многих российских сайтов, таких как Яндекс, Mail.Ru, ВКонтакте и Рамблер. – Прим. ред.), созданный российским разработчиком Игорем Сысоевым.

Второй – OpenCV (библиотека алгоритмов компьютерного зрения, обработки изображений и численных алгоритмов с открытым кодом. – Прим. ред.) с активной текущей поддержкой в России.

И, наконец, PostgreSQL (свободная объектно-реляционная система управления базами данных, СУБД. – Прим. ред.) активно дорабатываемый относительно молодой российской компанией PostgreSQL Professional.

– Как фирмы и организации живут в рамках режима открытого кода, каковы особенности бизнес-модели? Приведите успешные коммерческие примеры.

– На самом деле живут так же, как и проприетарные: делают ПО, продают его вместе с поддержкой и сопутствующими услугами или продают сервисы, использующие открытое ПО. Это Redhat, Mapbox, Automattic (Wordpress), Aсquia (Drupal).

Особенность по сути одна: ты должен постоянно иметь в виду, что твой код должен всегда быть доступен бесплатно, если ты просто продаешь ПО, то тебе несколько сложнее.