«Игра с шедеврами»: как сделать выставку доступной для всех

Для выставки "Игра с шедеврами" была создана инклюзивная программа. Фото предоставлено пресс-службой музея.
Для выставки "Игра с шедеврами" была создана инклюзивная программа. Фото предоставлено пресс-службой музея.

Так­тиль­ные моде­ли кар­тин, кар­та сен­сор­ной нагруз­ки, план­ше­ты с тек­ста­ми на тесто­вом язы­ке – все это часть выстав­ки «Игра с шедев­ра­ми: от Анри Матис­са до Мари­ны Абра­мо­вич», кото­рая про­шла в Еврей­ском музее и цен­тре толе­рант­но­сти в Москве. Жур­на­лист Теп­ли­цы Ека­те­ри­на Улья­но­ва узна­ла у кура­то­ра инклю­зив­ной про­грам­мы выстав­ки Марии Сары­че­вой, как сде­лать про­стран­ство музея доступ­ным для людей с раз­ны­ми типа­ми инва­лид­но­сти.

Без границ 

На вхо­де сотруд­ник выстав­ки «Игра с шедев­ра­ми» выда­ет мне наклей­ки с эмо­ци­я­ми и рас­пе­чат­ку со все­ми экс­по­на­та­ми. И при­гла­ша­ет зай­ти в лаби­ринт, в кото­ром спря­та­ны кар­ти­ны, скульп­ту­ры и видео­ин­стал­ля­ции. Неко­то­рые объ­ек­ты искус­ства рас­по­ло­же­ны на виду, и я сра­зу их заме­чаю. Но что-то спря­та­но в ком­на­тах и пово­ро­тах лаби­рин­та. Вот я заби­ра­юсь по лест­ни­це, откры­ваю неболь­шую дверь и вижу за ней кар­ти­ну Вик­то­ра Пиво­ва­ро­ва «Посвя­ще­ние Паше». Что я чув­ствую, удив­ле­ние или грусть?

Орга­ни­за­то­ры пред­ла­га­ют поду­мать, какие эмо­ции вы испы­ты­ва­е­те, гля­дя на экс­по­на­ты, и накле­ить соот­вет­ству­ю­щий знак на рас­пе­чат­ку с кар­ти­на­ми. Опре­де­лить­ся с отно­ше­ни­ем к кар­тине или дру­го­му объ­ек­ту ино­гда не очень про­сто. Напри­мер, фильм режис­се­ра Гер­ца Фран­ка «На 10 минут стар­ше» вызы­ва­ет у меня страх. А «Кар­ти­на с вер­ти­ка­ля­ми» Бри­джит Рай­ли остав­ля­ет рав­но­душ­ной. Но наклей­ки с эмо­ци­ей без­раз­ли­чия в набо­ре нет. Поэто­му я решаю про­сто про­пу­стить ее.

Наклей­ки с эмо­ци­я­ми, кото­рые помо­га­ют вос­при­ни­мать искус­ство с точ­ки зре­ния чувств. Фото: Ека­те­ри­на Улья­но­ва.

Так, к кон­цу лаби­рин­та я полу­чаю кар­ту сво­их эмо­ций и могу посчи­тать, что чув­ство­ва­ла чаще все­го. В первую оче­редь, выстав­ка была созда­на для детей, кото­рые оце­ни­ва­ют худо­же­ствен­ные про­из­ве­де­ния по-сво­е­му. Они опи­ра­ют­ся на впе­чат­ле­ния и не дума­ют о тех­ни­ке или вкла­де худож­ни­ка в искус­ство. Орга­ни­за­то­ры счи­та­ют, что поэто­му «Игра с шедев­ра­ми» изна­чаль­но стер­ла гра­ни­цы для посе­ти­те­лей.

«Я уве­ре­на, что обес­пе­че­ние доступ­но­сти – это пер­вый шаг на пути к инклю­зии. Но что это вооб­ще такое? Мы доволь­но часто забы­ва­ем, что, в первую оче­редь, – это отсут­ствие стра­ха перед новым опы­том и новы­ми зна­ком­ства­ми, пони­ма­ние и при­ня­тие опы­та дру­го­го чело­ве­ка. Стрем­ле­ние не «посмот­реть на мир дру­ги­ми гла­за­ми», а узнать раз­ни­цу в мыш­ле­нии, пове­де­нии, язы­ках, чув­ствен­ном вос­при­я­тии. Выстав­ка «Игра с шедев­ра­ми» изна­чаль­но в сво­ей идее инклю­зив­на, посколь­ку вклю­ча­ет в себя опти­ку ребен­ка, опыт посе­ще­ния музея кото­ро­го отли­чен от опы­та посе­ще­ния взрос­ло­го с дву­мя выс­ши­ми обра­зо­ва­ни­я­ми». Мария Сары­че­ва

Элементы инклюзии

Спе­ци­аль­но для «Игры с шедев­ра­ми» была раз­ра­бо­та­на про­грам­ма для людей с раз­ны­ми типа­ми инва­лид­но­сти. Она состо­ит из несколь­ких эле­мен­тов. Для сла­бо­ви­дя­щих и незря­чих посе­ти­те­лей были созда­ны так­тиль­ные моде­ли. Их раз­ра­бо­та­ли спе­ци­а­ли­сты из Мастер­ской так­тиль­ных маке­тов Миха­и­ла и Оль­ги Шу. Они уже созда­ва­ли так­тиль­ные вер­сии про­из­ве­де­ний искус­ства для Госу­дар­ствен­но­го музея изоб­ра­зи­тель­ных искусств име­ни А.С. Пуш­ки­на и музея «Гараж».

Так­тиль­ные моде­ли кар­тин, создан­ные для выстав­ки. Фото предо­став­ле­но пресс-служ­бой музея.

Моде­ли из раз­ных мате­ри­а­лов нуж­ны посе­ти­те­лям с нару­ше­ни­я­ми зре­ния, пото­му что имен­но так­тиль­ные ощу­ще­ния для них глав­ный источ­ник инфор­ма­ции. Допол­ни­тель­но для «Игры с шедев­ра­ми» были созда­ны цвет­ные вер­сии так­тиль­ных моде­лей. С их помо­щью сла­бо­ви­дя­щие и люди с оста­точ­ным зре­ни­ем могут ори­ен­ти­ро­вать­ся не толь­ко на ося­за­тель­ную, но и на зри­тель­ную инфор­ма­цию. Моде­ли спе­ци­аль­но рас­кра­ше­ны в более яркие и кон­траст­ные цве­та, клю­че­вые объ­ек­ты выде­ле­ны кон­ту­ром, что­бы сла­бо­ви­дя­ще­му чело­ве­ку было про­ще визу­аль­но выде­лить глав­ные части про­из­ве­де­ния.

Мария Сары­че­ва объ­яс­ня­ет, что сами по себе так­тиль­ные моде­ли мало понят­ны для людей с нару­ше­ни­я­ми зре­ния. Поэто­му на пор­та­ле «Осо­бый взгляд» так­же был выло­жен аудио­гид с тифло­ком­мен­та­ри­ем для само­сто­я­тель­но­го изу­че­ния выстав­ки. Тифло­ком­мен­ти­ро­ва­ние – это лако­нич­ное опи­са­ние пред­ме­тов, сло­вес­ное пояс­не­ние для сла­бо­ви­дя­щих людей. В аудио­гид «Игры с шедев­ра­ми» были вклю­че­ны не толь­ко рабо­ты, пред­став­лен­ные в виде так­тиль­ных моде­лей, но и дру­гие объ­ек­ты. А эти­кет­ки, выпол­нен­ные шриф­том Брай­ля, помо­га­ли посе­ти­те­лям соот­не­сти так­тиль­ную модель и трек аудио­ги­да.

Для людей с нару­ше­ни­я­ми слу­ха на выстав­ке уста­но­ви­ли план­ше­ты с пере­во­дом тек­стов на рус­ский жесто­вый язык (РЖЯ). Адап­ти­ро­ва­ли кура­то­ры и пуб­лич­ную про­грам­му. Для посе­ти­те­лей про­ве­ли экс­кур­сии и дис­кус­сии с пере­во­дом на РЖЯ, с тифло­ком­мен­та­ри­ем и с допол­ни­тель­ны­ми дидак­ти­че­ски­ми мате­ри­а­ла­ми для посе­ти­те­лей с осо­бен­но­стя­ми интел­лек­ту­аль­но­го раз­ви­тия.

«Я счи­таю, что план­ше­ты с пере­во­дом на рус­ский жесто­вый язык и так­тиль­ные моде­ли – это необ­хо­ди­мый мини­мум. Это поз­во­ля­ет посе­ти­те­лям с инва­лид­но­стью и без выстро­ить диа­лог о раз­ных моду­сах вос­при­я­тия. Напри­мер, нали­чие так­тиль­ной моде­ли внут­ри экс­по­зи­ции застав­ля­ет людей заду­мать­ся, насколь­ко силь­но наше чув­ствен­ное вос­при­я­тие искус­ства свя­за­но с визу­аль­ны­ми, а не с так­тиль­ны­ми обра­за­ми. А нали­чие пере­во­да на РЖЯ помо­га­ет обра­тить вни­ма­ние слы­ша­щих на тот факт, что на тер­ри­то­рии РФ есть еще один язык». Мария Сары­че­ва

На своем языке

Для выстав­ки были раз­ра­бо­та­ны допол­ни­тель­ные экс­кур­си­он­ные посо­бия для посе­ти­те­лей с осо­бен­но­стя­ми интел­лек­ту­аль­но­го раз­ви­тия. В них собра­ны вопро­сы экс­кур­со­во­да, фото рас­смат­ри­ва­е­мых во вре­мя экс­кур­сии объ­ек­тов и вари­ан­ты отве­тов в виде кар­ти­нок и тек­ста. Посо­бия помо­га­ют людям, кото­рые пло­хо вос­при­ни­ма­ют инфор­ма­цию вер­баль­но, луч­ше пони­мать вопро­сы экс­кур­со­во­да. Они могут отве­чать на них, про­сто ука­зы­вая на понра­вив­ший­ся вари­ант отве­та.

«Нам было важ­но сотруд­ни­че­ство с архи­тек­то­ром выстав­ки Алек­се­ем Тре­гу­бо­вым и кура­то­ра­ми про­ек­та. Мы пони­ма­ли, что чем рань­ше нач­нем раз­го­вор о доступ­но­сти игро­вых опы­тов, тем ком­форт­нее будет выстав­ка для всех. Так, съез­жать с гор­ки было не обя­за­тель­но – не всем спуск в мало­осве­щен­ный зал с рабо­той Мари­ной Абра­мо­вич «Ула­ем» кажет­ся весе­лой зате­ей, поэто­му мы сра­зу же при­ду­ма­ли обход­ной марш­рут». Мария Сары­че­ва

Соци­аль­ная исто­рия помо­га­ет людям с повы­шен­ной тре­вож­но­стью про­ду­мать свой визит. Фото: скрин­шот с сай­та музея.

На сай­те музея спе­ци­а­ли­сты по инклю­зии раз­ме­сти­ли соци­аль­ную исто­рию. Это инструк­ция с фото­гра­фи­я­ми, напи­сан­ная от пер­во­го лица доступ­ным язы­ком. В исто­рии от пер­во­го лица опи­сы­вал­ся про­цесс посе­ще­ния музея и выстав­ки, а так­же пра­ви­ла музея. Такая инструк­ция поз­во­ля­ет людям с повы­шен­ной тре­вож­но­стью и сте­рео­тип­ным пове­де­ни­ем (рит­мич­но повто­ря­ю­щи­ми­ся дви­же­ни­я­ми) зара­нее про­ду­мать свой визит, запом­нить марш­рут и поря­док дей­ствий.

Кар­та сен­сор­ной нагруз­ки помо­га­ет людям избе­гать мест с ярким све­том или гром­ки­ми зву­ка­ми. Фото: скрин­шот с сай­та музея.

Так­же была под­го­тов­ле­на кар­та сен­сор­ной нагруз­ки. В этом доку­мен­те отме­че­ны зоны в основ­ной экс­по­зи­ции музея и на выстав­ке, кото­рые могут вызвать у посе­ти­те­лей бес­по­кой­ство из-за гром­ких зву­ков, ярко­го све­та или боль­шо­го коли­че­ства людей.

«Инклю­зия хоро­ша не все­гда и не во всем. Важ­но пом­нить, что неко­то­рым посе­ти­те­лям ком­форт­нее в малых груп­пах. Поэто­му мы так­же скон­цен­три­ро­ва­ли свое вни­ма­ние на визи­тах посе­ти­те­лей с осо­бен­но­стя­ми интел­лек­ту­аль­но­го раз­ви­тия. Для мно­гих из них это был пер­вый визит в музей. А посе­ти­те­лям с нару­ше­ни­я­ми слу­ха важ­но гово­рить на сво­ем язы­ке. По этой при­чине мы при­гла­си­ли Арту­ра Водо­ла­ги­на из орга­ни­за­ции глу­хих экс­кур­со­во­дов «Жест в музее», кото­рые ведут экс­кур­сии на РЖЯ в музе­ях Моск­вы». Мария Сары­че­ва

Новый опыт

Адап­ти­ро­ван­ную для людей с инва­лид­но­стью часть выстав­ки Мария Сары­че­ва раз­ра­ба­ты­ва­ла вме­сте с мене­дже­ром инклю­зив­ных про­грамм Гали­ной Ново­тор­це­вой. Имен­но под их руко­вод­ством в свое вре­мя был создан отдел инклю­зив­ных про­грамм Музея совре­мен­но­го искус­ства «Гараж». В рабо­те над «Игрой с шедев­ра­ми» кура­то­ры опи­ра­лись не толь­ко на миро­вые прак­ти­ки, но и на свой преды­ду­щий опыт. Про­ект они нача­ли с про­ве­де­ния дис­кус­сий-тре­нин­гов по пони­ма­нию инва­лид­но­сти с сотруд­ни­ка­ми Еврей­ско­го музея и цен­тра толе­рант­но­сти.

Кура­то­ры выстав­ки счи­та­ют, что нуж­но менять отно­ше­ние обще­ства к людям с инва­лид­но­стью. Фото предо­став­ле­но пресс-служ­бой музея.

«К нам так­же при­со­еди­ни­лась Дарья Дави­до­ва, сотруд­ни­ца музея. Она дав­но и дол­го про­во­дит экс­кур­сии с пере­во­дом на жесто­вый язык для неслы­ша­щих и сла­бо­слы­ша­щих посе­ти­те­лей. Моя зада­ча – позна­ко­мить коман­ду музея с целой инфра­струк­ту­рой, кото­рая за послед­ние несколь­ко лет вырос­ла в Москве. Это пере­вод­чи­ки рус­ско­го жесто­во­го язы­ка, мастер­ские по изго­тов­ле­нию так­тиль­ных моде­лей. А так­же обще­ствен­ные орга­ни­за­ции, кото­рые раз­ви­ва­ют навы­ки само­сто­я­тель­но­го про­жи­ва­ния у людей с осо­бен­но­стя­ми интел­лек­ту­аль­но­го раз­ви­тия». Мария Сары­че­ва

Созда­те­ли инклю­зив­ной про­грам­мы выстав­ки гово­рят, что это пер­вый подоб­ный опыт для Еврей­ско­го музея и цен­тра толе­рант­но­сти. Мария Сары­че­ва счи­та­ет, что про­ект «Игра с шедев­ра­ми» полу­чил­ся удач­ным, но еще есть момен­ты, кото­рые надо про­ра­бо­тать в буду­щем. Напри­мер, обна­ру­жи­лись про­бле­мы с физи­че­ской доступ­но­стью самой выстав­ки – неко­то­рым посе­ти­те­лям было слож­но само­сто­я­тель­но пово­ра­чи­вать руч­ки на две­рях. Экс­перт уве­ре­на, что в первую оче­редь рабо­тать нуж­но имен­но над воз­мож­но­стью само­сто­я­тель­но­го посе­ще­ния музея людь­ми с инва­лид­но­стью. При­чем раз­ви­вать инклю­зив­ное направ­ле­ние нуж­но не толь­ко в одном музее. Но и в целом менять отно­ше­ние людей к это­му вопро­су.

«У нас в обще­стве еще есть пони­ма­ние ребен­ка и под­рост­ка, как «недо­ста­точ­но взрос­ло­го». В Рос­сии по-преж­не­му суще­ству­ют пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ские интер­на­ты, а сре­ди обще­ствен­ных орга­ни­за­ций доволь­но часто встре­ча­ет­ся тер­мин «под­опеч­ный». В общем, рабо­ты еще мно­го. А гре­зить об обще­стве, где пони­ма­ем, при­ни­ма­ем и ценен опыт каж­до­го из нас, – необ­хо­ди­мо». Мария Сары­че­ва