Колонка редактора: Это не лечится

Наталья Баранова о том, почему будущее за медицинскими технологиями
Ната­лья Бара­но­ва о том, поче­му буду­щее за меди­цин­ски­ми тех­но­ло­ги­я­ми

У мое­го дво­ю­род­но­го бра­та рак. Киров­ские вра­чи (мы родом с Вят­ки) сна­ча­ла поста­ви­ли непра­виль­ный диа­гноз, не назна­чи­ли химио­те­ра­пию, реши­ли обой­тись без нее. Спер­ва мы выдох­ну­ли, а потом, после пло­хих резуль­та­тов ана­ли­зов, сорва­лись в Моск­ву. Уже в феде­раль­ном онко­цен­тре Бло­хи­на диа­гноз поме­ня­ли и назна­чи­ли вну­ши­тель­ную серию кур­сов химио­те­ра­пии. Все это нуж­но было сде­лать рань­ше. Сей­час брат про­шел пятый курс, сле­ду­ю­щий пока откла­ды­ва­ет­ся, пото­му что в апте­ках нет необ­хо­ди­мо­го лекар­ства.

Отри­ца­ние, шок, при­ня­тие – все эта­пы пере­жи­ва­ний я про­шла. Сле­жу сей­час за про­ек­том «Таких дел» «Жизнь чело­ве­ка» (онлайн-днев­ник луч­ше­го хирур­га-онко­ло­га Андрея Пав­лен­ко, кото­рый борет­ся с раком желуд­ка), пыта­юсь най­ти инфор­ма­цию о спо­со­бах лече­ния, смот­рю круг­лые сто­лы с про­филь­ных кон­фе­рен­ций про рос­сий­скую онко­ло­гию. Их страш­но смот­реть: нет каче­ствен­ных иссле­до­ва­ний и диа­гно­сти­ки (выяв­ля­ют совсем на позд­них ста­ди­ях), не хва­та­ет лекарств, спе­ци­а­ли­стов, а в реги­о­нах – нуж­но­го обо­ру­до­ва­ния для луче­вой диа­гно­сти­ки.

Рако­вые забо­ле­ва­ния счи­та­ют­ся вто­рой из основ­ных при­чин смер­ти в мире. Риск забо­ле­ва­ния раком в Рос­сии ниже, чем, напри­мер, в евро­пей­ских стра­нах, – 21,5%, во Фран­ции – 32%, Чехия – 29, Поль­ша – 23,5% (по дан­ным атла­са совре­мен­ной онко­ло­гии). Одна­ко, по смерт­но­сти от онко­ло­ги­че­ских забо­ле­ва­ний Рос­сия нахо­дит­ся на 165-е месте в мире соглас­но отче­ту меж­ду­на­род­но­го агент­ства по изу­че­нию рака. И это серьез­ная при­чи­на для бес­по­кой­ства.

В нашей стране круп­ная меди­ци­на раз­ви­ва­ет­ся за счет госу­дар­ства. Мы – залож­ни­ки: тер­пе­ли­во ждем раз­ви­тия и внед­ре­ния луч­ших тех­но­ло­гий. Но в Рос­сии про тех­но­ло­ги­че­ское раз­ви­тие дума­ют в послед­нюю оче­редь. На пер­вом месте опти­ми­за­ция ресур­сов. Ниче­го хоро­ше­го из это­го не выхо­дит: рефор­ма здра­во­охра­не­ния, запу­щен­ная в 2010 году, по сло­вам экс­пер­тов, при­ве­ла к мас­со­во­му закры­тию боль­ниц и паде­нию каче­ства меди­цин­ской помо­щи в стране.

Но сей­час меди­ци­на уже не та, кото­рую при­вык­ли пред­став­лять в 90-х годах. Пере­ме­ны ста­ли воз­мож­ны бла­го­да­ря ново­му поко­ле­нию тех­но­ло­гий, кото­рые появи­лись несколь­ко деся­ти­ле­тий назад: облач­ные тех­но­ло­гии, новое обо­ру­до­ва­ние, при­бо­ры для иссле­до­ва­ний и ран­ней диа­гно­сти­ки и рас­по­зна­ва­ния забо­ле­ва­ний. Исполь­зу­ют­ся тех­но­ло­гии машин­но­го обу­че­ния, вир­ту­аль­ной реаль­но­сти, систе­мы искус­ствен­но­го интел­лек­та, кото­рые помо­га­ют вра­чам точ­нее изу­чать и лечить рак. Меди­ци­на стре­ми­тель­но меня­ет­ся под дей­стви­ем тех­но­ло­гий.

Исполь­зо­ва­ние умных систем помо­га­ет в диа­гно­сти­ке. Иссле­до­ва­те­ли агент­ства Frost&Sullivan пока­за­ли, что тех­но­ло­гии искус­ствен­но­го интел­лек­та повы­ша­ют точ­ность поста­нов­ки диа­гно­зов на 30–40%. Если выявить онко­ло­ги­че­ское забо­ле­ва­ние на ран­ней ста­дии и начать лечить, то смерт­ность мож­но сни­зить. Судь­бу чело­ве­ка реша­ет свое­вре­мен­но постав­лен­ный диа­гноз.

Напри­мер, сни­зить риск поста­нов­ки непра­виль­но­го диа­гно­за помо­га­ет рос­сий­ский про­ект Unim, коман­да про­во­дит мор­фо­ло­ги­че­скую диа­гно­сти­ку онко­ло­ги­че­ских забо­ле­ва­ний в онлайне. Ста­ти­сти­ка ком­па­нии пуга­ет: 84% диа­гно­зов, кото­рые тре­бу­ют под­твер­жде­ния в их лабо­ра­то­рии в тече­ние несколь­ких меся­цев, ока­зы­ва­ют­ся изна­чаль­но непра­виль­ны­ми. Суще­ству­ет огром­ная про­бле­ма с диа­гно­сти­ро­ва­ни­ем. У ком­па­нии есть своя плат­фор­ма для дистан­ци­он­ных кон­суль­та­ций. Одна­ко услу­ги этой ком­па­нии плат­ные и доступ­ны дале­ко не всем.

Каза­лось бы, все надеж­ды на стар­та­пы, свя­зан­ные с изу­че­ни­ем онко­ло­гии. Но инве­сти­ро­ва­ние в них в Рос­сии крайне скуд­ное. По дан­ным Skolkovo Ventures, в тех­но­ло­гии ген­ной тера­пии и моле­ку­ляр­ной био­ло­гии и диа­гно­сти­ки онко­ло­ги­че­ских забо­ле­ва­ний все­го инве­сти­ро­ва­ли око­ло 84 млн руб­лей. Для срав­не­ния: в раз­ви­тие сфе­ры интер­нет-вещей (так­же по дан­ным Skolkovo Ventures) инве­сти­ции состав­ля­ют 850 млн руб­лей.

На Запа­де меди­цин­ские стар­та­пы в 2018 году полу­чи­ли 5,7 млрд дол­ла­ров вен­чур­но­го финан­си­ро­ва­ния. За послед­ние 10 лет инве­сти­ции в эту область вырос­ли: если в 2009 году сред­ний раз­мер инве­сти­ци­он­но­го раун­да состав­лял 9 млн дол­ла­ров, то в 2018-м – 30 млн дол­ла­ров. Это гово­рит о том, что сфе­ра ста­но­вит­ся все более капи­та­ло­ем­кой, в нее при­хо­дят боль­шие день­ги.

В Рос­сии толь­ко в послед­ние годы появ­ля­ют­ся стар­та­пы по раз­ра­бот­ке систем диа­гно­сти­ро­ва­ния и скри­нин­га. Мас­со­во они недо­ступ­ны, пилот­ное внед­ре­ние про­грамм в реги­о­ны про­изой­дет не ско­ро, изу­че­ние резуль­та­тов иссле­до­ва­ний зай­мет годы.

Зная, какие тех­но­ло­гии мог­ли бы быть внед­ре­ны в рос­сий­скую систе­му здра­во­охра­не­ния, чув­ствую бес­си­лие. Мы с бра­том поте­ря­ли слиш­ком мно­го вре­ме­ни, преж­де чем узнать о пра­виль­ном мето­де лече­ния. Все мог­ло бы про­изой­ти рань­ше. 

Ост­ро не хва­та­ет гра­мот­но­го инфор­ми­ро­ва­ния, медиа­ре­сур­сов. На забо­рах феде­раль­но­го онко­цен­тра Бло­хи­на висят реклам­ные объ­яв­ле­ния «выле­чим онко тра­ва­ми». Я ино­гда обра­ща­юсь за кон­суль­та­ци­я­ми к дирек­то­ру фон­да AdVita Пав­лу Грин­бер­гу: полу­чаю дета­ли по лече­нию, инфор­ма­цию о том, где искать лекар­ства, то, что не объ­яс­ня­ют мест­ные вра­чи.

Паци­ен­ты ред­ко про­сят вра­чей под­ска­зать, куда, кро­ме реги­о­наль­но­го онко­цен­тра, мож­но обра­тить­ся за помо­щью, да вра­чи и сами это­го, как пра­ви­ло, не зна­ют. Забо­лев­шие сами реша­ют, что делать, пото­му что в боль­ни­це могут толь­ко выпи­сать лекар­ства, кото­рых не най­ти. На этом ресурс оте­че­ствен­ной меди­ци­ны исчер­пан. И если чело­век настро­ен бороть­ся, он борет­ся за себя сам. Алго­ритм оздо­ров­ле­ния оте­че­ствен­ной меди­ци­ны так­же совер­шен­но непо­ня­тен: что нуж­но сде­лать, что­бы это зара­бо­та­ло?

За это вре­мя я поня­ла, что надеж­да может быть толь­ко на себя, по воз­мож­но­сти под­дер­жат бла­го­тво­ри­тель­ные фон­ды. Пока незна­ние и неуме­ние в реги­о­нах заста­ет врас­плох. Но мы видим, что про­рыв­ные тех­но­ло­гии в меди­цине уже при­бли­жа­ют день, когда мы будем знать, как лечить рак в корот­кие сро­ки. Имен­но поэто­му за их раз­ви­ти­ем сто­ит при­сталь­но сле­дить. Все мате­ри­а­лы Теп­ли­цы по теме medtech мож­но най­ти по ссыл­ке.