«Пусть горит там что попало, лишь бы не было войны»

Митинг в Кирове против строительства завода в Марадыково, июнь 2019 год. Фото: 7х7
Колон­ка редак­то­ра: в сен­тяб­ре пишем про эко­ло­гию и рас­ска­зы­ва­ем про меха­ни­ку кам­па­ний. Митинг в Киро­ве про­тив стро­и­тель­ства заво­да в Мара­ды­ко­во, июнь 2019 год. Фото: 7х7

А вы в кур­се, что сей­час про­ис­хо­дит на Шие­се? Вели­кое сто­я­ние про­дол­жа­ет­ся, или люди ни с чем разо­шлись по домам? А в Сиби­ри? Может, уже сго­ре­ла? Или так и полы­ха­ет? В каких реги­о­нах еще вве­ден режим ЧС и поче­му? Сооб­ще­ний все мень­ше. Покри­ча­ли и затих­ли. Пере­клю­чи­лись на дру­гие ново­сти – не менее страш­ные. Нюанс: для рос­си­ян «страш­ный» и «пуга­ю­щий» не одно и то же.

Вот, напри­мер, 8 авгу­ста рва­ну­ло в Севе­ро­двин­ске. После взры­ва были отклю­че­ны несколь­ко рос­сий­ских стан­ций заме­ра ради­а­ции. Одна из этих стан­ций – в моем род­ном Киро­ве. Жур­на­ли­сты зафик­си­ро­ва­ли ради­а­цию в пять раз выше нор­мы, но досто­вер­ной инфор­ма­ции нет, подроб­но­сти тра­ге­дии вла­сти так и не рас­кры­ва­ют. И это, как ни стран­но, успо­ко­и­ло город. Мас­шта­бы ЧП не озву­че­ны – зна­чит, их нет. Горо­жане на пол­ном серье­зе уте­ша­ют­ся тем, что всю ради­а­цию «смы­ли дож­ди­ки». Уж очень сырое лето выда­лось. Стран­ное, непри­ят­ное, холод­ное. И непо­го­да огор­ча­ет киров­чан куда силь­нее каких-то взры­вов.

А еще в Киро­ве соби­ра­ют­ся открыть завод по пере­ра­бот­ке опас­ных отхо­дов. Не постро­ить, а имен­но открыть – на базе дру­го­го, не менее гроз­но­го пред­при­я­тия. Несколь­ко лет в посел­ке Мара­ды­ков­ский Ори­чев­ско­го рай­о­на Киров­ской обла­сти уни­что­жа­ли хими­че­ское ору­жие. И, нако­нец, в 2015 году отчи­та­лись о том, что уни­что­жи­ли. Но инфра­струк­ту­ру пред­при­я­тия не лик­ви­ди­ро­ва­ли: не про­па­дать же доб­ру. Конеч­но, оно при­го­ди­лось, и быст­ро: уже в сен­тяб­ре 2019 года киров­ча­нам обе­ща­ют пред­ста­вить про­ект пред­при­я­тия. Какие отхо­ды будут уни­что­жать в их реги­оне, насколь­ко это опас­но и чем, как отвер­теть­ся от тако­го свет­ло­го буду­ще­го, люди не зна­ют. Слы­ша­ли толь­ко, что пла­ни­ру­ет­ся уни­что­жать 50 тысяч тонн отхо­дов в год. Акции про­те­ста, конеч­но, были. Но если пер­вый митинг собрал две тыся­чи чело­век, вто­рой – толь­ко сот­ню. Самые осве­дом­лен­ные люди – чинов­ни­ки – в кулу­а­рах повто­ря­ют: пора валить.

Жите­лям Мара­ды­ко­во валить неку­да. Они при­хо­дят на митин­ги про­те­ста со сво­и­ми исто­ри­я­ми болез­ней в несколь­ких томах. Но свя­зать рост онко­за­бо­ле­ва­ний в реги­оне с эко­ло­ги­че­ской обста­нов­кой гото­вы немно­гие – раз­ве что акти­ви­сты и паци­ен­ты онко­цен­тра с его пере­пол­нен­ны­ми кори­до­ра­ми. Пря­мо­го под­твер­жде­ния нега­тив­но­го воз­дей­ствия пред­при­я­тия, где уни­что­жа­лось химо­ру­жие, нет. Чинов­ни­ки миро­лю­би­во пред­ла­га­ют отло­жить дис­кус­сию и радо­вать­ся тому, что на пред­при­я­тии будут сохра­не­ны рабо­чие места.

Вот поче­му «страш­ный» и «пуга­ю­щий» не совсем одно и то же. Страх пара­ли­зу­ет, в атмо­сфе­ре стра­ха мож­но про­жить, и даже дол­го. Испуг моти­ви­ру­ет. Закри­чать, убе­жать, спря­тать­ся, позвать на помощь. Орга­ни­за­то­ры митин­гов в Киро­ве во все­услы­ша­ние руга­ют себя и жите­лей за сла­бую само­ор­га­ни­зо­ван­ность. Из речей слыш­но, что пони­ма­ния, что делать и как дей­ство­вать, нет.

Каза­лось, дело с мерт­вой точ­ки сдви­га­ет соли­дар­ность за Шиес, кото­рый стал сим­во­лом про­те­ста, так назы­ва­е­мых мусор­ных бун­тов. Потом слу­чи­лась Сибирь. 1 мил­ли­он 200 тысяч чело­век под­пи­са­ли онлайн-пети­цию за вве­де­ние режи­ма ЧС (и его все-таки вве­ли в несколь­ких реги­о­нах). «Моне­точ­ка» выпу­сти­ла клип «Гори, гори, гори», в соц­се­тях про­шли мно­го­мил­ли­он­ные вирус­ные флеш­мо­бы. Каза­лось, мы учим­ся про­ти­во­сто­ять опас­но­сти. Но пока все боль­ше увле­че­ны репо­ста­ми, флеш­мо­ба­ми и кли­па­ми и отвлек­лись от реаль­ных пожа­ров.

Сибир­ские пожа­ры, по сло­вам эко­ло­ги­че­ской жур­на­лист­ки Анге­ли­ны Давы­до­вой, дают чет­кий сиг­нал – мир уже не будет преж­ним. Выбро­сы угле­кис­ло­го газа от лес­ных пожа­ров в Рос­сии в 1,6 раза выше сред­них пока­за­те­лей. Горит не толь­ко Сибирь: пожа­ры захва­ты­ва­ют Бра­зи­лию, Боли­вию, Перу, тро­пи­че­ские леса Ама­зон­ки. Экс­пер­ты про­гно­зи­ру­ют, что изме­не­ние кли­ма­та на всей пла­не­те будет толь­ко уси­ли­вать­ся. Борь­ба с изме­не­ни­ем кли­ма­та – это одна из устой­чи­вых целей раз­ви­тия ООН и вызов для всех стран.

Поне­во­ле вспом­нишь киров­ские «дож­ди­ки»: горо­жане уве­ре­ны, что стран­ная непо­го­да – это есть при­знак необ­ра­ти­мо­го ухуд­ше­ния кли­ма­та, кото­рое уже и в наро­де назы­ва­ют «гло­баль­ным потеп­ле­ни­ем». На самом деле у рос­сий­ских реги­о­нов сей­час свой вызов – учить­ся дей­ство­вать. Новые меха­низ­мы объ­еди­не­ния людей перед угро­зой опас­но­сти есть. Появ­ля­ет­ся все боль­ше медиа­про­ек­тов, про­све­ти­тель­ских и пети­ци­он­ных, а рас­цвет народ­ных систем мони­то­рин­га про­изо­шел еще в 2018 году. Во вре­мя весен­ней неза­ви­си­мой кам­па­нии «Грин­пис Рос­сии» «SOS!Воздух» посту­пи­ли и про­дол­жа­ют посту­пать тыся­чи жалоб из раз­ных горо­дов стра­ны на каче­ство воз­ду­ха. Эко­ак­ти­ви­сты пока­зы­ва­ют, как само­му собрать стан­цию и начать заме­ры (это ответ на попыт­ки офи­ци­аль­ных ведомств скрыть неко­то­рые дан­ные по загряз­не­нию воз­ду­ха). Мы рас­ска­зы­ва­ем, как мож­но про­ве­сти эко­ло­ги­че­скую кам­па­нию и объ­еди­нить жите­лей в кри­зис­ной ситу­а­ции.

Акти­ви­стам и эко­ло­гам при­хо­дят на помощь тех­но­ло­гии. Дро­ны дела­ют без­опас­нее наблю­де­ния за неза­кон­ны­ми выруб­ка­ми (мы пом­ним, как изби­ли коор­ди­на­то­ра «Эко­Вах­ты» Андрея Рудо­ма­ха в Крас­но­да­ре в 2017 году), а кос­мо­сним­ки ста­но­вят­ся дока­за­тель­ной базой в суде: чинов­ни­кам ста­но­вит­ся слож­нее скрыть реаль­ные мас­шта­бы про­бле­мы.

Про успеш­ные при­ме­ры исполь­зо­ва­ния инстру­мен­тов в эко­ло­ги­че­ском акти­виз­ме и рас­сле­до­ва­тель­ской жур­на­ли­сти­ке на одной из кон­фе­рен­ций рас­ска­зы­вал Алек­сандр Саве­льев, жур­на­лист «Юг. МБХ медиа» из Крас­но­да­ра. Он исполь­зо­вал и дро­ны, и ГИС для сво­их рас­сле­до­ва­ний, сотруд­ни­чал с «Эко­ло­ги­че­ской вах­той по Север­но­му Кав­ка­зу». С помо­щью ГИС обна­ру­жил, как часть реки Ясе­ни некий кадаст­ро­вый инже­нер про­сто отдал в соб­ствен­ность некой ООО. Мест­ная про­ку­ра­ту­ра потре­бо­ва­ла при­знать сдел­ку недей­стви­тель­ной. ГИС помог­ла дока­зать, что это имен­но тер­ри­то­рия реки. В «Эко­Вах­те» сей­час, кста­ти, созда­ет­ся ГИС по участ­кам вод­ных объ­ек­тов, кото­рые неза­кон­но постав­ле­ны на кадаст­ро­вый учет и отда­ны в арен­ду или в соб­ствен­ность.

Я про­си­ла подроб­нее рас­ска­зать о таких исто­ри­ях для Теп­ли­цы, но Алек­сандр не успел. В кон­це июля 2019 года в отно­ше­нии него воз­бу­ди­ли уго­лов­ное дело о сотруд­ни­че­стве с неже­ла­тель­ной орга­ни­за­ци­ей. Но у него есть после­до­ва­те­ли: низо­вые дви­же­ния в реги­о­нах «Челя­бинск Дыши», «Красноярск.Небо», «СТОП ГОК», сооб­ще­ство «Грин­пис Рос­сии», Эко­вах­ты, акти­ви­сты, кото­рые заме­ря­ют каче­ство воз­ду­ха, про­во­дят свои рас­сле­до­ва­ния, спа­са­ют малые реки, и эко­ло­ги­че­ские жур­на­ли­сты.

В сен­тяб­ре мы будем выяс­нять, какие тех­но­ло­гии мог­ли бы помочь жите­лям бороть­ся за эко­ло­гию и за свои пра­ва, созда­дим несколь­ко памя­ток, рас­ска­жем, как про­во­дить эко­ло­ги­че­ские рас­сле­до­ва­ния и неза­ви­си­мые экс­пер­ти­зы. Сле­дить за мате­ри­а­ла­ми вы може­те по ссыл­ке.

Если вы участ­ву­е­те в эко­ло­ги­че­ских кам­па­ни­ях и гото­вы поде­лить­ся сво­ей
исто­ри­ей успе­ха, пиши­те в ком­мен­та­ри­ях или на почту [email protected]