История колонизации Интернета в России

У нас появился важный повод, чтобы поговорить и об истории интернета в целом, и том, что она значит для будущего. Изображение: vk.com/clfis.
У нас появил­ся важ­ный повод, что­бы пого­во­рить и об исто­рии интер­не­та в целом, и том, что она зна­чит для буду­ще­го. Изоб­ра­же­ние: vk.com/clfis.

Исто­рия часто ста­но­вит­ся частью акту­аль­ной поли­ти­ки и про­блем, кото­рые каса­ют­ся не толь­ко исто­ри­ков. Ино­гда исто­рия свя­за­на с буду­щим едва ли не боль­ше, чем с про­шлым. Поли­ти­ка памя­ти и рабо­та с исто­ри­ей ока­зы­ва­ют­ся то при­чи­ной кон­флик­тов, то осно­ва­ни­ем для новых начи­на­ний. Это­му есть мно­го при­ме­ров, напри­мер, свя­зан­ных с при­над­леж­но­стью спор­ных тер­ри­то­рий или ито­га­ми Вто­рой миро­вой вой­ны. Но на удив­ле­ние мало дис­кус­сий про­ис­хо­дит вокруг исто­рии Интер­не­та и ее свя­зи с нашим буду­щим. Одну из них хоте­лось бы начать.

До отцов-основателей 

Сей­час нача­ли выхо­дить серии филь­ма жур­на­ли­ста Андрея Лоша­ка «Холи­вар» про исто­рию Руне­та. Это жур­на­лист­ская рабо­та, кото­рую сто­ит обду­мать, и понять, какие идеи зало­же­ны в фильм, что в нем есть, а чего нет. И этот фильм – важ­ный повод, что­бы пого­во­рить и об исто­рии Интер­не­та в целом, и о том, что она зна­чит для буду­ще­го.

Жур­на­лист Андрей Лошак снял доку­мен­таль­ный сери­ал «Холи­вар. Исто­рия Руне­та».

Фильм начи­на­ет­ся с того, что аме­ри­ка­нец Джо­эл Шац при­ез­жа­ет в СССР. Он при­ез­жа­ет, что­бы не допу­стить ядер­ной вой­ны и спо­соб­ство­вать кон­так­там меж­ду Совет­ским Сою­зом и Аме­ри­кой. Он пред­ла­га­ет раз­ным совет­ским орга­ни­за­ци­ям про­во­дить теле­мо­сты, не сра­зу, но посте­пен­но нахо­дит сто­рон­ни­ков этой идеи.

Вре­мя идет, Совет­ский Союз рас­па­да­ет­ся, быв­шие орга­ни­за­то­ры теле­мо­стов начи­на­ют зани­мать­ся Интер­не­том. Часть из них потом уедут, но им на сме­ну при­едут дру­гие, тоже в основ­ном из США и Изра­и­ля. И где-то меж­ду Евро­пой и Моск­вой, соглас­но филь­му, появ­ля­ет­ся мно­го­слой­ная сре­да пер­во­про­ход­цев и «отцов Руне­та» (так они под­пи­са­ны в филь­ме).

В 36 мину­тах пер­вой серии Андрею Лоша­ку уда­лось собрать очень мно­гих из них: Рома­на Лей­бо­ва и Лёху Андре­ева, созда­те­ля Анекдота.ру Дмит­рия Вер­не­ра и быв­ше­го руко­во­ди­те­ля «Сити­лайн», зятя Бори­са Бере­зов­ско­го Его­ра Шуп­пе. Есть инте­рес­ные доку­мен­таль­ные кад­ры: тот самый теле­мост, где зву­чит «В СССР сек­са нет», запи­си с уча­сти­ем покой­но­го Анто­на Носи­ка. В общем, рабо­та про­де­ла­на и в самом деле нема­лая, и кажет­ся, это вполне доб­рот­ное нача­ло для позна­ва­тель­но­го исто­ри­че­ско­го филь­ма.

И все же фильм «Холи­вар» содер­жит про­бле­му, общую для мно­гих подоб­ных исто­рий: он пока­зы­ва­ет исто­рию опре­де­лен­ной груп­пы людей, опи­сы­вая ее как исто­рию Интер­не­та в Рос­сии. Этот под­ход отлич­но опи­сан Энд­рю Рас­се­лом как «агио­гра­фия», сво­е­го рода жития совре­мен­ных свя­тых в пуб­лич­ной исто­рии. В фоку­се вни­ма­ния толь­ко пер­во­про­ход­цы, кото­рые откры­ва­ют новую зем­лю.

Но еще боль­ше, чем на жития свя­тых, это похо­же на опи­са­ние про­цес­са коло­ни­за­ции: храб­рые муж­чи­ны при­ез­жа­ют на пусту­ю­щие тер­ри­то­рии и стро­ят пре­крас­ный новый мир. Потом, прав­да, слу­чай­но ока­зы­ва­ет­ся, что на этой зем­ле уже кто-то есть, напри­мер, корен­ные наро­ды или дру­гие пер­во­про­ход­цы. В исто­рии с отца­ми-осно­ва­те­ля­ми места им нет. Отцы-осно­ва­те­ли в слу­чае Рос­сии чаще при­хо­дят с Запа­да, из про­све­щен­ных земель и, конеч­но, несут доб­ро. Они же пишут потом исто­рию. И ста­но­вят­ся ее глав­ны­ми геро­я­ми.

ХХ век вро­де бы научил нас заду­мы­вать­ся о том, был ли кто-то до глав­ных геро­ев или непо­сред­ствен­но рядом с ними и не оби­та­ли ли на новых зем­лях какие-то дру­гие люди. В слу­чае с Интер­не­том, конеч­но, этих людей было нема­ло. Про­вай­де­ры и инже­не­ры, моде­ра­то­ры пер­вых госте­вых книг и жур­на­ли­сты, дизай­не­ры пер­вых сай­тов (да, Арте­мий Лебе­дев не был пер­вым), биз­не­сме­ны и орга­ни­за­то­ры гран­то­вых про­грамм, нако­нец, поль­зо­ва­те­ли Usenet и Фидо­не­та, двух кон­ку­ри­ру­ю­щих с Интер­не­том сетей.

Кадр из сери­а­ла Андрея Лоша­ка. Фото: afisha.ru.

И, конеч­но, до и поми­мо Руне­та были совет­ские раз­ра­бот­ки, кото­рые поз­во­ли­ли сете­вым тех­но­ло­ги­ям рас­про­стра­нять­ся так быст­ро, а сот­ням людей – участ­во­вать в рабо­те Интер­не­та. Но ниче­го это­го в филь­ме «Холи­вар» нет. Там есть тер­ра инко­гни­та и отцы-осно­ва­те­ли. Какой поли­ти­че­ский смысл у такой изби­ра­тель­но­сти, и какое буду­щее вырас­та­ет из тако­го пони­ма­ния исто­рии?

Романтизация свободного Интернета

Есть убеж­де­ние, что Интер­нет изна­чаль­но был анар­хист­ским, сво­бод­ным, либер­та­ри­ан­ским, доступ­ным для каж­до­го и никем не кон­тро­ли­ру­е­мым свер­ху. Об этом гово­рят нам исто­рии «отцов-осно­ва­те­лей», нашед­ших в Интер­не­те сво­бо­ду твор­че­ства. Об этом же во мно­гом гово­рит Джон Пер­ри Бар­лоу в «Декла­ра­ции неза­ви­си­мо­сти кибер­про­стран­ства».

Но если мы немно­го углу­бим­ся в исто­рию, то обна­ру­жим, что это пони­ма­ние Интер­не­та совсем не един­ствен­ное и как мини­мум одно­бо­кое. Интер­нет воз­ни­кал в про­ти­во­ре­чии воен­ных ведомств и уни­вер­си­те­тов. Исто­рия его пре­вра­ще­ния в «тех­но­ло­гию сво­бо­ды» опи­са­на в кни­ге Фре­да Тёр­не­ра «От контр-куль­тур к кибер-куль­ту­рам». Но эта кни­га про эпи­зо­ды аме­ри­кан­ской исто­рии, от 1960‑х до 1990‑х.

В Рос­сии дру­гая ситу­а­ция. Здесь Интер­нет не исхо­дил от госу­дар­ства непо­сред­ствен­но. Насколь­ко мы зна­ем сей­час из иссле­до­ва­ний исто­рии Интер­не­та в реги­о­нах, в горо­дах он воз­ни­кал сни­зу или при под­держ­ке меж­ду­на­род­ных и рос­сий­ских гран­то­вых про­грамм. И это был Интер­нет, кото­рый люди исполь­зо­ва­ли совер­шен­но по-раз­но­му.

Ино­гда для обме­на инфор­ма­ци­ей, ино­гда ути­ли­тар­но, напри­мер, что­бы биз­нес мог узна­вать бир­же­вые коти­ров­ки. Была ли там идея сво­бо­ды инфор­ма­ции и ново­го пре­крас­но­го мира? Не все­гда. Люди неред­ко исполь­зо­ва­ли Сеть как инстру­мент для биз­не­са, игр, свя­зи, твор­че­ства, но не свя­зы­ва­ли Интер­нет с какой-то опре­де­лен­ной идео­ло­ги­ей. Или свя­зы­ва­ли с раз­ны­ми.

Важ­но пом­нить об этом, когда мы при­зы­ва­ем сде­лать Интер­нет «вновь сво­бод­ным и пре­крас­ным», по заве­там Тима Бер­нер­са Ли или дру­гих «отцов-осно­ва­те­лей»: такие идеи акту­аль­ны для узкой груп­пы людей, а для мно­гих дру­гих Интер­нет изна­чаль­но был совсем иным, свя­зан­ным с дру­ги­ми надеж­да­ми и пред­став­ле­ни­я­ми. Это не зна­чит, что не нуж­но бороть­ся за свою вер­сию прав­ды и сво­бо­ды. Про­сто, как и в слу­чае дру­гих исто­рий, важ­но пом­нить, что извест­ная нам вер­сия не един­ствен­ная.

Если почи­тать любую кни­гу по совре­мен­ной исто­рио­гра­фии и поли­ти­ке памя­ти (изда­тель­ства НЛО, напри­мер), то выяс­нит­ся, что исто­рию в нашем веке при­ня­то опи­сы­вать не с пози­ции силь­ных и пуб­лич­ных фигур, а рас­смат­ри­вая тех, кто дей­ство­вал, но не был види­мым. Если мы гово­рим про интер­нет, это не толь­ко пер­во­про­ход­цы, но поль­зо­ва­те­ли, моде­ра­то­ры, про­вай­де­ры. Как пишет иссле­до­ва­тель Кевин Дри­сколл, нам нуж­но отой­ти от изу­че­ния «пио­не­ров» и смот­реть на то, как раз­ные «неты» суще­ство­ва­ли и раз­ви­ва­лись. В Рос­сии, поми­мо Руне­та, были Тат­нет (татар­ский интер­нет), Тонет (том­ский интер­нет), и мно­гие дру­гие. Нако­нец, и в Москве и были про­ек­ты, свя­зан­ные с интер­не­том, поми­мо уча­стия в Руне­те.

Экспедиция Клуба любителей интернета и общества в  Переславль-Залесский. Участники изучали, какие ресурсы использовались в период раннего интернета. Фото: clubforinternet.net.
Экс­пе­ди­ция Клу­ба люби­те­лей Интер­не­та и обще­ства в Пере­славль-Залес­ский. Участ­ни­ки изу­ча­ли, какие ресур­сы исполь­зо­ва­лись в пери­од ран­не­го Интер­не­та. Фото: clubforinternet.net.

И еще важ­но иметь в виду кон­текст. В Рос­сии 90‑х было мно­го изме­не­ний в раз­ных сфе­рах жиз­ни. Это осо­бый исто­ри­че­ский пери­од: люди полу­чи­ли воз­мож­ность сво­бод­но выез­жать из стра­ны и исполь­зо­ва­ли Интер­нет, что­бы оста­вать­ся на свя­зи с близ­ки­ми. В 1990‑х рас­цве­та­ла анде­гра­унд­ная куль­ту­ра: люди осва­и­ва­ли и новые темы, и тех­ни­ки, и медиа. И когда в исто­ри­ях об исто­рии Интер­не­та появ­ля­ет­ся носталь­гия по ран­ним годам его появ­ле­ния, раз­ве это носталь­гия толь­ко по Интер­не­ту?

Что будет с Рунетом в будущем?

Мне кажет­ся, со сло­вом «Рунет» есть нема­ло про­блем. Сей­час это, с одной сто­ро­ны, тер­мин рыноч­ный: он всплы­ва­ет в раз­го­во­рах об эко­но­ми­ке и реклам­ных бюд­же­тах. Одно­вре­мен­но суще­ству­ет вот это исто­ри­че­ское зна­че­ние в мифе об отцах-осно­ва­те­лях, похо­жих на антич­ных геро­ев.

Я с ува­же­ни­ем отно­шусь к мифо­твор­че­ству, но все-таки для меня как иссле­до­ва­те­ля, исто­рия Интер­не­та в Рос­сии – это совсем дру­гое. Мы мно­го езди­ли по Рос­сии вме­сте с ВШЭ и кол­ле­га­ми из клу­ба люби­те­лей Интер­не­та и обще­ства: мы про­во­ди­ли серию иссле­до­ва­тель­ских экс­пе­ди­ций, изу­ча­ли исто­рию появ­ле­ния Интер­не­та в раз­ных горо­дах. Во мно­гих горо­дах про Рунет никто ниче­го не слы­шал, пото­му что у них была своя осо­бая исто­рия. Стран­но было бы убеж­дать их, что Интер­нет им про­ве­ли люди из Аме­ри­ки или Моск­вы.

В позд­нем СССР, как и в дру­гих стра­нах была насы­щен­ная и важ­ная исто­рия ран­них циф­ро­вых явле­ний (Early Digital), и во всем мире это актив­но обсуж­да­ет­ся. Напри­мер, о рос­сий­ской ее части пишет Ксе­ния Татар­чен­ко. Еще мож­но почи­тать Сла­ву Геро­ви­ча или Бен­джа­ми­на Питер­са, что­бы узнать о раз­ра­бот­ках, кото­рые были в СССР. Ведь люди, про­во­див­шие пер­вые сети, зна­ли с чем име­ют дело. Мож­но посмот­реть на то, как и поче­му устра­и­ва­лись пер­вые дис­кус­сии, еще начи­ная с Usenet, почи­тать ста­тьи Ната­льи Конра­до­вой. В общем, сто­ит иметь в виду, что Рунет — это не фигу­ра на фоне, а часть боль­шо­го про­цес­са, в кото­рой люди в Рос­сии вза­и­мо­дей­ство­ва­ли с интер­не­том. 

И конеч­но, важ­но, что в филь­ме Андрея Лоша­ка пока­за­на исто­рия куль­тур­но­го явле­ния под назва­ни­ем «Рунет» с его геро­я­ми. Но есть и исто­рия интер­не­та в Рос­сии в целом.

Научный сотрудник Валерий Павлович Руденко сам пополняет коллекцию и проводит экскурсии в Музее компьютерной техники, г. Переславль-Залесский. Фото: clubforinternet.net.
Науч­ный сотруд­ник Вале­рий Пав­ло­вич Руден­ко сам попол­ня­ет кол­лек­цию и про­во­дит экс­кур­сии в Музее ком­пью­тер­ной тех­ни­ки, г. Пере­славль-Залес­ский. Фото: clubforinternet.net.

Для меня исто­рия Интер­не­та – это исто­рия про­вай­де­ров: напри­мер, во Вла­ди­во­сто­ке и Челя­бин­ске. По самым раз­ным при­чи­нам они тяну­ли про­во­да, про­во­ди­ли Интер­нет, дела­ли на этом пер­вый биз­нес или, наобо­рот, счи­та­ли про­ве­де­ние Интер­не­та обще­ствен­ным бла­гом, рабо­та­ли в уни­вер­си­те­тах и нахо­ди­ли общий язык с адми­ни­стра­ци­ей и мест­ны­ми теле­фон­ны­ми ком­па­ни­я­ми.

Еще по теме: Поли­на Коло­за­ри­ди: мес­сен­дже­ры изме­ни­ли наши риту­а­лы повсе­днев­но­сти

Исто­рия Интер­не­та в Рос­сии – это исто­рия людей, кото­рые дела­ли пер­вые обра­зо­ва­тель­ные ресур­сы, при­чем зача­стую не толь­ко на рус­ском язы­ке и для рус­ских людей, но и на англий­ском, что­бы рас­ска­зать аме­ри­кан­цам про Рос­сию. Это спо­соб собрать «сво­их» по все­му миру, сохра­нять свой язык и под­дер­жи­вать куль­ту­ру. Напри­мер, Мария Хан­ху­но­ва рас­ска­зы­ва­ет в сво­ей ста­тье о том, как это было в слу­чае с бурят­ским Интер­не­том.

Для меня исто­рия Интер­не­та – это исто­рия людей, кото­рые соеди­ня­ли локаль­ной сетью роди­те­лей и детей в дет­ском саду, что­бы таким необыч­ным кол­лек­ти­вом видеть пер­вые опы­ты ребят в про­грам­ми­ро­ва­нии. Так было в Пере­слав­ле-Залес­ском в 90‑е годы. Или начи­на­ния в Ниже­го­род­ской обла­сти под руко­вод­ством Евге­ния Пата­ра­ки­на, когда дети дела­ли сво­е­го рода Вики­пе­дию, опи­сы­вая места, где они живут.

Отряд из Клу­ба люби­те­лей Интер­не­та и обще­ства и сту­ден­тов под эги­дой НИУ ВШЭ изу­ча­ет исто­рию Интер­не­та в Пере­слав­ле-Залес­ском. Видео Клу­ба люби­те­лей Интер­не­та и обще­ства.

Конеч­но, все эти исто­рии не един­ствен­ная объ­ек­тив­ная исти­на об Интер­не­те, в том набо­ре фак­тов, кото­рые я при­во­жу, есть поли­ти­ка. Но она отли­ча­ет­ся от того, что есть в филь­ме «Холи­вар».

На мой взгляд, исто­рии людей, о кото­рых рас­ска­зы­ва­ет «Холи­вар», заме­ча­тель­ные, и они не про­ти­во­ре­чат тем исто­ри­ям, кото­рые мы видим в исто­рии Интер­не­та в раз­ных горо­дах Рос­сии. Но пер­со­на­жи этих исто­рий не менее и не более инте­рес­ные, чем исто­рии из Том­ска, Арза­ма­са, Воро­не­жа или Пере­слав­ля-Залес­ско­го. И хочет­ся, что­бы про­шлое состо­я­ло не из одной линей­ной исто­рии о малень­кой груп­пе людей, при­шед­ших с Запа­да и дав­ших Рос­сии Интер­нет. Хочет­ся, что­бы в исто­рии была прав­ди­вая мно­же­ствен­ность и вари­а­тив­ность, децен­тра­ли­за­ция и аль­тер­на­ти­вы. Мне кажет­ся, тако­го осмыс­ле­ния исто­рии Рос­сии и Интер­не­та в Рос­сии сей­час очень не хва­та­ет.

Еще по теме: