«Сам себе герой»: как фотограф Алексей Горшенин меняет отношение общества к «людям-киборгам»

Как остаться без работы после ампутации и начать все с нуля Изображение предоставлено Everland.

Алексей Горшенин работал спортивным трэвел-фотографом. Поездки, съемки, активный образ жизни – все это могло закончиться в тот день, когда ему ампутировали ногу. Мужчина остался без работы, первое время ходил на костылях и не знал, что делать дальше. Как ему удалось все начать с нуля, вернуться к работе и спорту, Алексей Горшенин рассказал Даниилу Фролову, участнику платформы Everland.

Этот текст – продолжение серии историй, которые сотрудники платформы Everland готовят для редакции Теплицы. Больше историй можно почитать по ссылке.

Без границ

Фото предоставлено Everland.
Фото предоставлено Everland.

Сейчас Алексею Горшенину 55 лет. Он ездит по разным странам, фотографирует спортивные события и сам катается на горных лыжах. Но пять лет назад он не представлял, как будет выглядеть его будущее. Из-за атеросклероза врачи были вынуждены ампутировать Алексею ногу. Затем было затяжное лечение, упущенный тромб, гангрена, случайно занесенная во время операции синегнойная палочка, и повторная ампутация. Хирурги старались спасти хотя бы то, что осталось от ноги. 

Первое желание после случившегося – закрыться наедине со своей проблемой. Но после выхода из больницы Алексей решил, что не готов просто сдаться. «Не надо убаюкивать свои болячки. Надо выходить в свет и искать новые возможности. Тем более мир сейчас без границ, все можно найти онлайн», – говорит Алексей. 

Через год после операции нога зажила, и можно было делать протез. Через своих друзей Алексей вышел на участников паралимпийской сборной по горным лыжам и сноуборду. И они познакомили его с реабилитационно-ортопедическим центром «Ортокосмос». Алексей отмечает, что это действительно профессиональные специалисты, которые к тому же за несколько лет уже стали ему друзьями.

Мужчине сделали сложный протез для ходьбы. И еще один для лыж, у которого куда больше составляющих частей. Например, специальный бандаж на бедре, который соединяется с протезом шинами. Такая конструкция нужна для того, чтобы можно было точно управлять лыжами и обезопасить ногу от чрезмерных боковых нагрузок. У здоровой ноги выполнение этих функций лежит на мускулах и связках. На протезе же все делается через такие механические приспособления.

«Самым сложным было научиться «доверять» девайсу, все время ждал какого-нибудь подвоха. Я не очень понимал, что я могу на нем делать, а что уже не смогу никогда. Сейчас понимаю, что, в принципе, никаких преград нет, кроме одной: для разных видов активности нужна отдельная нога, а стоит она, как реактивный самолет. Например, со своими нынешними протезами я не могу бегать или ездить на велосипеде. Также вряд ли решусь покататься на роликах», – рассказывает Алексей.

Протезы не требуют специального ухода, но их подгонка – процесс сложный и многоэтапный. Техник-протезист делает слепок культи. На его основе отливается культеприемник – та часть устройства, которая, собственно, и соединяет человека с протезом. Важно сделать его очень точно, от этого зависит, насколько удобно, комфортно, безопасно можно будет перемещаться на протезе. 

Фото предоставлено Everland.
Фото предоставлено Everland.

Дальше подбирается стопа. Их выбор сейчас огромен – от обычных для ходьбы до спортивных. Потом всю конструкцию нужно собрать вместе и тщательно настроить с помощью регулировочных винтов на протезе. В отличие от живой ноги, которой управляют мускулы, протезу надо задать жесткие усредненные параметры для определенной задачи. Например, наклон всего протеза в продольной плоскости различен для ходьбы или для катания на лыжах. 

При этом протез служит два года, после этого его надо менять. Стоят все конструкции очень дорого. По закону государство должно обеспечивать ими всех нуждающихся в протезировании людей с инвалидностью. Однако бюрократию никто не отменял, и на практике приходится бегать по разным госучреждениям, чтобы получить нужное направление. 

Новые задачи

После ампутации Алексей Горшенин остался без работы – фармацевтическую компанию, где он десять лет работал директором филиала, продали. Нужно было начинать все с начала. Еще в школе Алексей увлекался фотографией. Проявлял пленку в ванной при красном свете. В начале 2000-х, когда появились первые цифровые фотокамеры и Photoshop, освоил их как хобби. 

Этот опыт и стал отправной точкой в новую профессию. Пока не было протеза и Алексей ходил на костылях, друзья предложили ему работу художником-графиком на одном из федеральных каналов. Других вариантов на тот момент не было. Несмотря на то, что Алексей уже умел работать с графическими редакторами на любительском уровне, многое пришлось осваивать с нуля в процессе работы. Это было сложно, выдавать графику в эфир было необходимо точно в срок, никаких поблажек.

Фото предоставлено Everland.
Фото предоставлено Everland.

Сменный график работы на телеканале позволил Алексею вернуться к своему давнему увлечению – фотографии. И после получения протеза он стал работать спортивным и трэвел-фотографом. 

«С 2014 года, когда получил протез, стал ездить, мне кажется, даже больше, чем до ампутации. Удалось побывать во многих городах и странах. Из дальних выездов самым запоминающимся был вояж на два этапа Кубка мира по горным лыжам в Австрию и Италию в качестве аккредитованного фотографа. Это реально круто», – вспоминает Алексей. 

Он также снимает для «Ортокосмоса», многие фото на сайте центра его авторства. Работает Алексей и с проектом Everland. О платформе трудоустройства людей с инвалидностью он узнал, снимая бекстейдж для выставки, организованной Дарьей Кузнецовой, руководителем Фонда содействия интеграции инвалидов «Активная жизнь». 

Алексей считает Everland интересным и амбициозным проектом. Особенно для начинающих специалистов платформа становится стартом в профессию с возможностью прокачать профессиональные навыки. Задачи бывают разные. Алексей занимается видеомонтажом, моушн-дизайном и версткой печатных материалов. Сам он говорит, что интересней осваивать что-то новое и браться за нестандартные задания, чем за одну и ту же работу. 

«Самый главный плюс для меня в Everland – могу работать дома, планировать свое время. Немаловажно и то, что Everland выступает гарантом при работе с новыми заказчиками, риск столкнуться с недобросовестными клиентами сводится к минимуму. Работа в Everland для меня это прежде всего новый опыт. Новый в плане коммуникаций, в плане постановки задачи и ее решения. Например, изучил Tilda, могу собирать сайты», – рассказывает мужчина.  

Повод для развития

Свою ампутацию Алексей рассматривает не как трагедию, а как точку роста. Ему удалось сохранить активность, он нашел возможность обеспечивать свою семью и развиваться профессионально. Некоторые и не замечают, что он ходит на протезе. «Народ скорее стесняется, чем смотрит как-то по-особенному. Тут, видимо, еще и разница поколений: людям старшего возраста стыдно и неудобно, потому как раньше считалось, что таких людей в нашей стране нет. А молодежи вообще все равно», – делится его сын Александр. 

Фотография Алексея Горшенина из проекта «Семья как семья».
Фотография Алексея Горшенина из проекта «Семья как семья».

У друзей и коллег Алексей не вызывает чувства жалости. Скорее наоборот для них он стал примером того, как надо справляться с любыми сложными ситуациями. Например, Елена Головина, PR-менеджер «Ортокосмоса», вместе с Алексеем работала над циклом фотографий, посвященных людям на протезах ног, которые ведут активный образ жизни. 

«Мы ставили перед собой задачу – хоть немного изменить отношение нашего зашоренного общества к людям-киборгам, как мы их называем. Фотографии у Леши получились сильные и жизнеутверждающие: герои ходили в горы, катались на велосипеде, занимались спортом. Главная Лешина особенность – с ним легко и весело работать, он такой всегда как будто немного расслабленный и на позитиве. То, что он ходит на протезе, на нашей работе никак не отражалось. Ну, ходит и ходит. Просто еще один сам себе герой из нашего цикла фотографий», – считает Елена Головина. 

Семья как семья

Алексей Горшенин создал спецпроект «Семья как семья». Это восемь фотоисторий и откровенных интервью семей, в которых у жены или мужа (или сразу у обоих) есть инвалидность. Спецпроект разрушает стереотип, что люди с инвалидностью одиноки, что их никто не сможет полюбить, что они не смогут создать семью.

Фотография Алексея Горшенина из проекта «Семья как семья».
Фотография Алексея Горшенина из проекта «Семья как семья».

По словам Елены Мартыновой, соосновательницы Everland, этот миф достаточно устойчив в нашем обществе. Но он не правдив – люди с инвалидностью могут быть счастливы, а сама инвалидность не должна быть априори равна одиночеству.

«Никакая общественная поддержка не заменит личных мотивов развиваться и выходить за рамки инвалидности, это просто невозможно. А семья может стать тем самым стимулом. Но часто люди с инвалидностью не верят в возможность создания семьи или не знают, с чего начать, иногда проблема в неумении слышать другого человека, договариваться. И мы хотели показать пример, показать, что все «но» и «нет» часто существуют именно в голове, они могут быть преодолимы», – говорит она.