Бестселлер, подобранный специально для вас: «Надзорный капитализм» Шошаны Зубофф

Как данные о вашем поведении делают вас менее свободным Иллюстрация: Colin Anderson Productions Pty Ltd/Getty Images

Если вы следите за новостями в сфере технологий, то наверняка слышали выражение «надзорный капитализм». Оно приобрело известность благодаря одноименной книге профессора Гарварда Шошаны Зубофф. Основная идея книги исходит из названия – мы живем в экономике, в которой надзор за ее участниками в форме постоянного сбора данных является неотъемлемой составляющей. Но давайте взглянем на дискуссии вокруг книги подробнее – и тогда мы лучше поймем, почему не все коллеги Зубофф согласны с ее пониманием современного капитализма. 

«Надзорный капитализм был придуман в Google в 2001 году», –

говорит Шошана Зубофф в своем интервью редакции журнала Surveillance & Society. Согласно ее точке зрения, именно в 2000-х в Google осознали важность пользовательских данных, которые можно использовать не только для улучшения пользовательского опыта, но и для продажи рекламы. Бесперебойный поток товаров и услуг в наших социальных сетях для Зубофф не безобидный маркетинговый ход. Напротив, он угрожает человеческой свободе и автономии. 

Через сбор, обладание и аналитику данных о пользовательском поведении компании Кремниевой долины почти незаметно для граждан воздействуют на их поведение, влияя как на выбор новой зубной щетки, так и кандидата на выборах. Все существующее мировое регулирование, включая такие прогрессивные проекты с точки зрения защиты пользовательских данных, как GDPR (General Data Protection Regulation) в Европейском союзе, не способны остановить IT-компании от продолжения последовательной атаки на автономию человека как возможность самостоятельно распоряжаться своей жизнью. 

Книга Зубофф стала концентрацией всех страхов и дистопий, касающихся современных технологий. В таком видении наша личная и коллективная жизнь перестает быть пространством нашей свободы и начинает быть всего лишь источником данных в ходе процессов, над которыми мы как граждане и пользователи не имеем никакого контроля. И хотя посыл книги отвечает многим тревогам гражданского общества, я предлагаю чуть замедлиться и с большим вниманием отнестись к тому, насколько надзорный капитализм как идея хорошо схватывает сложность нашей технологической ситуации. 

Капитализм и «плохие парни»: Зубофф и ее критики

После выхода книги в американском обществе словосочетание «надзорный капитализм» подхватило множество либеральных публицистов и публичных фигур, оно ярко звучало в прессе, а сама работа получала преимущественно лишь хвалебные отзывы. И правда, кажется, что в 2020 году есть очень малое количество людей, считающих, что гиганты Кремниевой долины все делают правильно. Недовольство действиями таких компаний, что случается не так часто, разделяется как правительством, так и низовыми движениями – антимонопольный иск к Google от Минюста США и общественная кампания против распознавания лиц тому яркие примеры 

Однако идея «надзорного капитализма», истоки которой Зубофф находит в 2000-х годах, не учитывает более продолжительную историю сотрудничества технологических компаний и государства в США, которое началось уже как минимум в 1970-х. Причем многие фирмы уже в то время собирали данные о потребителях для продажи их государству. К примеру, компания TRW схожим образом сотрудничала даже с ЦРУ. Зубофф предпочитает концентрироваться на горстке компаний в своем повествовании, умалчивая продолжительный исторический контекст, в котором надзор осуществлялся государством совместно с компаниями. 

Фото: Michael D. Wilson

Либеральные публицисты – и тут Зубофф не исключение – в текстах о цифровых технологиях крайне любят эксплуатировать противопоставление «Запад/Китай», где последний рисуется как абсолютное зло из-за сильного обращения именно государства к технологическому контролю в разных его вариациях. Но достаточно несколько отойти от идеи “свободного рынка”, чтобы увидеть, что и на Западе государство было всегда – оно просто лучше пряталось. 

Пожалуй, самым обстоятельным и подробным разбором достоинств и недостатков книги является рецензия публициста Евгения Морозова. Перечислять все критические ремарки Морозова в адрес книги было бы излишним, но одна из них кажется особенно меткой. Зубофф не рассматривает капитализм как сложную социально-экономическую систему, она говорит лишь об истории малой совокупности технологических фирм. Иными словами, вопрос здесь в том, насколько проблема именно в конкретных гигантах вроде Amazon, Google, Facebook или же в самом устройстве нашей экономики. 

Россия под надзором, но без контроля над ним

Сложно сказать, что для российского читателя может дать эта книга, помимо общего осознания важности социально-политического измерения цифровых технологий. Проблема обретения «цифрового суверенитета» как возможности определять взаимоотношения между технологией и политической автономией стоит остро не только перед Россией с одиозным законом о суверенном Интернете, но и перед западными странами. 

Так, в своей последней статье «Борьба за цифровой суверенитет: что это такое и почему это имеет значение, особенно для ЕС» научный сотрудник Оксфордского института интернет-исследователей Лучано Флориди высказывает, среди прочих, тезис о том, что будущее цифрового регулирования будет завязано на взаимодействии политической власти национальных государств и власти больших технологических корпораций. Флориди также намечает ряд возможных траекторий, по которым цифровой суверенитет может быть вновь обретен в контексте ЕС, учитывая отношения между наднациональным и национальным уровнями управления. Сложные отношения между корпорациями и государствами – лейтмотив большого числа новостей про все цифровое, от вопроса о данных и интернета вещей до 5G и алгоритмов.  

Однако с тем, как Флориди ставит проблему цифрового суверенитета – выяснение отношений между политической и корпоративной властью, – на мой взгляд, есть проблема. А именно: он описывает ситуацию, более актуальную как раз для западных стран, в юрисдикциях которых такие компании расположены. Но если ваше государство не принадлежит к таким странам, то ваши возможности вовлечься в великое противостояние между политической и корпоративной властью значительно меняются. Это происходит просто потому что власти над этими компаниями у вас нет почти нет, пусть и разрешение проблемы в масштабе западных стран для вас будет иметь последствия. 

Здесь остается только солидаризироваться с рецензией сотрудника Государственного университета Кампинаса Рафаэла Эванджелиста на книгу Зубофф. Он пишет о том, что перспектива Зубофф может быть полностью принята только при условии, что ты находишься с ней в одном и том же контексте. Ведь на глобальный Юг и не западные страны технологические компании влияют по-другому и возможностей обрести цифровой суверенитет у таких стран намного меньше. Иными словами, исход борьбы за «цифровой суверенитет» против «надзорного капитализма» на российских читателей повлияет, но если это сражение и случится, то без их участия.