«Уйти будет невозможно»: российские беспилотники научат искать людей и животных в лесах

Рассказываем, что не так с задумкой ученых Скриншот Lacmus Foundation.

Российские ученые из Государственного научно-исследовательского института авиационных систем (ГосНИИАС) пообещали создать беспилотные летательные аппараты, способные на больших скоростях искать цели в лесах. По словам сотрудника института, уже через год-два такой беспилотник сможет находить «от беглых преступников до редких животных». Вместе со специалистом по компьютерному зрению и участником проекта Lacmus Foundation Олегом Северовым разбираемся, что не так с задумкой ученых и может ли такая технология быть полезна в поиске пропавших людей.

Демонстрация поиска в лесу при помощи нейросети. Изображение: Lacmus Foundation.
Демонстрация поиска в лесу при помощи нейросети. Изображение: Lacmus Foundation.

Lacmus Foundation — это некоммерческая организация, специализирующаяся на поиске и спасении пропавших людей с использованием алгоритмов компьютерного зрения и искусственных нейронных сетей. В 2020 году проект выиграл хакатон Теплицы социальных технологий, на котором участники придумали, как ускорить обработку снимков с дрона во время поисковых операций «Лизы Алерт». Проект запустили при поддержке Теплицы.

Как работает технология?

По словам Олега Северова, предполагается, что дроны научатся «проходить» сквозь лес. В мировом научном сообществе в последние несколько лет активно развивается это направление, поскольку лес и пространство внутри леса долгое время оставались недоступными для дронов. Например, недавно были опубликованы результаты схожего научного исследования Цюрихского университета. Но все же, как отмечает Олег, это «трудоемкая задача, которая требует огромных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ».

Как объяснял заместитель начальника отделения по программным комплексам ГосНИИАС Борис Вишняков, «уйти от такого преследования будет просто невозможно, дроны будут обозначать местоположение объектов и непрерывно передавать их координаты в центр управления».

Предполагается, что поиск людей будет проводиться по мультиспектральным каналам. «Как правило, требуется установка на дронах дорогостоящих камер и датчиков, «видящих» в разных спектрах (тепловизоров, камер ближнего и дальнего ИК-диапазонов). Значит, необходимо создание данных и проведение исследований под каждую камеру отдельно, что, с учетом потенциальной работы дрона «в лесу», неприменимо для решения задачи технологий, пригодных для работы дрона из положения «над лесом», — объясняет Олег.

Зачем искать беглых заключенных?

По данным ФСИН за 2019 год, в России побеги из тюрем практически не случаются. Например, в 2016 году произошли пять побегов, в 2017 году — два, а в 2018 году — один. Для сравнения Олег приводит количество пропавших и потерявшихся людей за год в России — порядка 180 тысяч человек, примерно 20 тысяч не удается найти.

2021 год стал выдающимся — побег совершили пятеро заключенных, но в любом случае статистика не того масштаба, чтобы для оптимизации решения задач такого объема создавать специализированные беспилотники, дополненные дорогостоящими камерами. Вполне вероятно, что подобные заявления призваны подогреть интерес к таким разработкам у других потенциальных заказчиков, например, военных.

Олег Северов,

специалист по компьютерному зрению, участник проекта Lacmus Foundation

Олег отмечает, что недостаточно изобрести или придумать подобную технологию — необходимо выстроить весь процесс интеграции технологии в область применения. Обучить людей применять беспилотники, провести огромную работу по масштабированию знаний и дальнейшему накоплению опыта эксплуатации. Поэтому процесс от изобретения подобных дронов до активного эффективного и профессионального их применения займет намного больше заявленного времени.

Можно ли будет искать пропавших людей?

Технологии могли бы использоваться и для поиска пропавших людей, считает Олег, но для этого необходимо внедрять применение подобных дронов в государственные структуры. В данном случае речь идет о государственных структурах, потому что поисково-спасательные отряды, которые успешно ищут пропавших людей силами волонтеров и имеют развитые внутренние компетенции по поиску людей, частую закупают оборудование за свои деньги или на деньги меценатов.

Отряды не могут позволить себе дрон с тепловизором и инфракрасной камерой. Такой дрон легко может стоить больше 1 млн рублей, что в некоторых регионах равняется цене на квартиру. И такую «квартиру» оператор по неосторожности может разбить об объекты ландшафта или землю. В случае же попытки применения госструктурами необходимо создавать, развивать и масштабировать механизм передачи компетенций по использованию дронов и данных технологий, что требует гигантской организационной работы.

Олег Северов,

специалист по компьютерному зрению, участник проекта Lacmus Foundation

В целом, что касается поиска пропавших людей с помощью дронов и нейросетей, есть положительные результаты. Недавно у Lacmus Foundation было несколько успешных случаев применения технологии в регионах Крайнего Севера.